Читаем Путь беглеца полностью

Размером с упитанную овцу, чудовища обладали шестью короткими, заканчивающимися лезвиями кос, лапами; маленькими прямыми хвостами и бесчисленным множеством мутно-желтых глаз на стебельках-ножках, вращавшихся во все стороны. Гладкая фиолетовая кожа монстров кишела куцыми извивающимися отростками, похожими на дождевых червей, ввинчивающихся в тело.

Но опасней всего выглядели широкие, как бадья, пасти оскаленные несколькими рядами желтых клыков, каждый длиной с две мужские ладони. Как будто у выродков вместо челюстей выросло по ощетинившемуся дикобразу с костяными иглами.

Самим своим естеством чудища были противны всему сущему. Как зубовный скрежет посреди симфонии.

Краем глаза принц увидел смазанную тень — Малеммил рванул на выручку жителям. Ник выхватил из ножен Люминистилл и бросился было следом, но услышал в стороне отчаянный детский крик и леденящий душу хохот.

Никаниэль, предоставив Малему спасение прочих селян, поспешил к ребенку. Ему на перерез выскочили две твари волочившие кишки на ногах-косах. У одной между зубов застряло окровавленное ребро.

Чудовища, зарычав, прыгнули на новую жертву. Но принц не планировал превращаться в обед монстров. Уклонившись от опасно щелкнувших рядом с телом челюстей, он полоснул клинком, прочертив ровный разрез на боку твари.

Та набухла, надулась жабой, а затем взорвалась, с ног до головы окатив Ника желто-зеленой слизью напоминавшей сопли тяжелобольного.

Голова слегка закружилась от смрада тухлой рыбы, неделю назад забытой на солнце.

И вновь этот жалобный детский крик, перемежаемый злорадным смехом и хлопками взрывов. Никаниэль невольно отвлекся на долю мгновения и едва успел отреагировать на рывок второго чудовища.

Ублюдина поднялась на задние лапы и попыталась вцепиться принцу в лицо. Перехватив поудобнее рукоять меча, Ник заблокировал клинком нижнюю челюсть выродка.

Монстр оказался настолько близко, что Никаниэль смог различить собственное отражение в каждом из мутных желтых глаз. И в них он видел лишь одно — верную смерть всему живому.

Чудовище било задними лапами о землю, стремясь добраться до нежной плоти жертвы. Принц всем весом буквально лег на меч, но постепенно соскальзывал назад. Долго такое противостояние не выдержать.

Тогда, до вздутых жил напрягая каждый мускул в теле, он рванул вперед и до самой гарды протолкнул клинок глубоко в пасть монстра, насквозь пронзая верхнюю челюсть вместе с мозгом. Если тот у нее вообще имелся. Окатив Ника зловонной слизью, тварь лопнула, ошметками плоти разлетевшись по округе.

Набегу вытирая глаза, Никаниэль поспешил туда, где все еще слышались детские крики. Невольно отмечая, что верный меч и не думал светиться как на хуторе нежити, Ник наотмашь полоснул по очередной твари, соскочившей с крыши разваленной избы.

Завернув за угол, принц замер. Среди хаоса реальности, пляшущего в демоническом танце безумия, но увидел то, что никак не мог тут встретить. Не здесь. Не сейчас.

Эльф?

Так ему на первый взгляд показалось.

Длинные остроконечные уши, бледная кожа… Не удивительно, что его самого не раз принимали за демона. Но на этом сходство заканчивалось.

Демон, а в том, что это действительно он сомнений не оставалось. Безволосая тварь с длинными, торчавшими из верхней челюсти, клыками. А вместо носа — две вертикальные прорези, дырами зиявшие посреди проклятой морды.

Выродок развлекался, метая огненные шары в маленькую девочку, но намеренно промахивался, наслаждаясь визгами несчастной. Неподалеку дымились грудами наваленные друг на друга обугленные тела детей и тех храбрецов, кто пытался их спасти.

Уняв клокочущее в груди сердце и зуд в теле, кипевшем от ярости, эльф швырнул в демона подвернувшимся под руку камнем. Тот зарычал, развернулся, поливая землю пламенем, но Ник уже стоял с другой стороны, закрывая собой ребенка и держа Люминистилл наготове.

Тварь, заставляя камень каплями шипящей лавы опасть на землю, плотоядно оскалилась и, облизнувшись, принялась внимательно оценивать новую жертву. В желтых глазах ублюдка плясали насмешливые искры безумного веселья.

Расставив руки в стороны, посланник бездны зажег над ладонями по небольшому огненному шару. Чуть подумав, увеличил их до размера спелого апельсина, а потом и до головы взрослого человека. Языки оранжевого пламени плясали в нетерпении и подобно бешенным псам рвались сорваться с цепи и разодрать обреченного. С безудержным хохотом порождение хаоса метнуло паскудную магию в принца.

Водный щит.

Реки пролитой вокруг крови и слизь с его собственного тела мутным потоком устремились к Нику, формируя перед ним могущественную защитную полусферу. Та получилась настолько мощной, что выдержала, не распавшись, оба огненных шара. С шипением растворив часть щита, языки пламени затухли искрами костра, попавшими в ведро с водой.

Но демон лишь вновь рассмеялся и кинул еще несколько шаров, но те снова увязли в мутной защите из крови и слизи.