Михаил Васильевич—поклонник суворовского военного гения. Он перенимал все то лучшее у Суворова, что считал способным принести конкретную пользу Красной Армии. Но, почитая суворовские традиции боевой подготовки войск и вождения армии, М. В. Фрунзе исправляет и обновляет коренным образом все то, что было применимо лишь в эпоху Суворова. Человек большой культуры, талантливый полководец, М. В. Фрунзе вырабатывал свои военные взгляды, используя для этого не только прошлый, но и современный ему военный опыт. Он смотрел далеко вперед. Его замечания о характере будущей войны, высказанные 20 лет тому назад, во многом получили свое полное подтверждение на полях сражений в годы Великой Отечественной войны.

Михаил Васильевич любил повторять знаменитые суворовские слова: «Сначала ознакомься, изучи, а потом действуй». Как правило, это требование всегда сопутствовало его делам.

10. БЕССТРАШНЫЙ РЕВОЛЮЦИОНЕР

— Настроение преотличное, здоровье превосходное,— неизменно отвечал Михаил Васильевич всем, кто спрашивал его о здоровье. Отвечал шутливо, с улыбкой. Он п сам был глубоко убежден, что обладает завидным здоровьем. — Помилуйте, — смеялся он. — В моих жилах течет кровь охотника. Это такая закваска — на сто лет хватит!

Даже в самые тяжелые приступы болезни он не утрачивал бодрости, веселого расположения духа. Как обычно, попивал соду и, показывая на нее, приговаривал:

— Элексир. Рекомендую испробовать!

Михаил Васильевич словно и не подозревал, что опасно болен. Его силы слабели, но он считал все это временным явлением: пройдет, мол, приступ, и силы вернутся.

— Главное не унывать, не хандрить, не помогать болезни, — говорил он.

Между тем болезнь прогрессировала.

Михаил Васильевич вспоминал лето 1922 года.

Друзья и врачи были тогда обеспокоены состоянием его здоровья, настаивали на поездке за границу, в Карлсбад *. Уже были приготовлены паспорта, визы, но Михаил Васильевич отказался ехать. После настойчивых уговоров он отправился в Грузию, в Боржоми. Втайне от него правительству Грузии была отправлена телеграмма: «...Вчера, уже после получения всех документов, совершенно отказался от заграничной поездки и 29-го (июня 1922 года — С. С.) выезжает в Боржом. Положение здоровья серьезнее, чем он, видимо, думает. Если курс лечения в Боржоме будет неудачен, придется прибегнуть к ¹⁷ хирургии... Крайне необходимо создать в Боржоме условия, сколько-нибудь заменяющие Карлсбад».

Лечение, отдых, а главное, как уверял сам Михаил Васильевич, охотничьи прогулки сделали свое дело. Фрунзе вернулся заметно поздоровевшим, полным сил, энергии. Эта зарядка укрепила его организм.

Весь 1923 год и половину 1924 года Михаил Васильевич чувствовал себя довольно сносно. Приступы болезни были редкими и непродолжительными. Только в начале осени 1924 года опять началось недомогание. Лечиться Михаил Васильевич не захотел. Взяв отпуск, в октябре он уехал в Азербайджан вместе с К- Е. Ворошиловым. Здесь друзья провели целый месяц на охоте в горах.

«Горы, овраги, — вспоминает об этих днях К. Е. Ворошилов, — и вообще своеобразная, труднопроходимая местность, где мы охотились, заставляли нас каждую минуту брать «препятствия», и Михаил Васильевич, страстный и хороший охотник, был неутомим. Вставая с рассветом, мы часто лишь с наступлением сумерок возвращались в аул, чтобы на рассвете опять двинуться на новые места—такие же скалистые и овражные. Думать о диэте или о сколько-нибудь регулярном питании было совершенно невозможно. Питались «подножным кормом» — пищей местного крестьянства, но, невзирая на такой образ жизни, Михаил Васильевич все же поправился, окреп и чувствовал себя превосходно».

Охота, здоровый горный или лесной воздух, длительные прогулки пешком действительно оказали на М. В. Фрунзе благотворное влияние. Боли в желудке исчезли, никаких приступов не было. Но вот в июле 1925 года автомобиль, в котором находился Михаил Васильевич, дважды подряд потерпел аварию. Михаил Васильевич получил серьезные ушибы. И сейчас же, точно болезнь ждала этого случая, начались тяжелые приступы.

Михаил Васильевич не сдавался. Работал много, подбадривал своих сотрудников, шутил. Ночью, оставаясь один, он подбирал материалы к книге о разгроме Врангеля. Ему очень хотелось написать большую книгу о «Врангелиаде», как называл он эпопею борьбы с Врангелем. В августе, несмотря на недомогание, он уговорил К. Е. Ворошилова поехать на охоту. Сутки провели они, охотясь на подмосковных болотах. Но на этот раз охота не пополнила его силы, как бывало раньше. В конце августа начались воспалительные процессы на руке и ноге — результат ушибов во время автомобильной аварии.

Почувствовав некоторое облегчение, Михаил Васильевич собрался в поездку по Украине, чтобы лично проверить боевую подготовку частей Красной Армии. В день отъезда, когда были закончены все сборы, близкие Михаила Васильевича и сотрудники заметили, что он нездоров. Но отложить поездку и уговорить его лечь в постель никому не удалось.

— Отдохну в дороге, — сказал он. — Через день все пройдет.