Читаем Путь полностью

Я даже не сразу поняла, что мы возвращаемся на материк. Только на барке, замутившись от качки, осознала, что второй день нахожусь в море. Берег встретил нас так, словно мы никуда не отлучались, то есть вовсе не заметил нашего прибытия. Рэм целенаправленно двинулся на юго-восток, это я заметила, потому что путь наш пролегал в безопасном направлении с точки зрения Зачаровня. Мы с Рэмом вновь остались вдвоем, который уже раз за столь малое время? Ренди с Ремси затерялись где-то в суматохе войны, Ронс все еще оставался с гномами, пользуясь у них заслуженным авторитетом. Росни вот-вот должен был подойти, отыскать нас здесь, внизу, у юго-восточных предгорий. А больше никого из Охотников я не знала близко. Рэй… о нем больно вспоминать. Мне нравился этот мальчик свободой и открытостью, тихой внутренней радостью, с какой воспринимался им мир. Эллорн сумел вернуться с кровавых полян Зачаровня, сумел, вопреки всему. А Рэй нет.

Смерть не обманешь… Она все равно находит меченых…

— Ты бы поплакала, что ли. — Хмуро посоветовал Рэм, расстилая одеяло для ночлега. — А то глаза у тебя совсем… мертвые.

Весна плавно переходила в лето, я поняла это однажды, когда, посмотрев на Рэма, вспомнила, что уже который день он не надевает куртки. Мне тоже было жарко иногда, но я как-то не связывала это явление с изменением времен года. Сколько же прошло со дня степной встречи? Как-то подсчитать не получалось…

Так же нечаянно я заметила, что на содранных в кровь тетивой пальцах совсем зажили даже глубокие ранки. И огромный синяк на боку больше не беспокоит. Заглянув в ручей, поняла, что от шальной стрелы у подбородка остался только еле заметный тонкий шрам. Странно, как быстро всё зажило.

Мы некоторое время решили провести в деревне, отдохнуть хоть при минимальных удобствах. Там, в деревне, и наткнулись на новости, чудовищные по своей сути: недавно к Охотникам прибегали гонцы от деревень гряды Брадд, находящейся на востоке, далеко от побережья. Они просили рассудить их с гномами. Мол, сходят в долины, в которые раньше и для дел не спускались никогда, выжигают целые деревни, если кто сопротивление оказывает. С тех, что соглашаются, берут огромную дань. Охотники пристрастно выспросили: как выглядели, во что одеты, про что говорили, какие имена называли. По всему выходило, что банда состояла не из одних гномов, но гномы в ней присутствовали, точно. Тут же бросили призыв другим Охотникам, человек десять сразу ушло в сторону Копилен — так назывались старые разработки по добыче руды на Брадде, откуда спускалась лихая ватага. С того времени прошло больше месяца, никаких откликов ни от Охотников, ни из ближних деревень. Пришедший как-то караван с товарами и кучей торговцев с охраной, принес неутешительные вести: в стороне Копилен поднимались к небу черные густые дымы. Так, словно горело много домов враз.

Рэм, решительный, внимательный, помрачневший еще больше, собрался уходить. Придирчиво роясь в товарах, выбрал две новые охотничьи куртки, одну бросил мне: «примерь». Я удивилась, но переоделась. Приятно все же не выглядеть оборванкой. Поколебавшись, Рэм отобрал для меня еще несколько специфических вещиц, подошло почти всё, не хватало мелочей. О них тут же забылось, как про многое в последнее время.

Набиралась группка десятка в два Охотников, они решили выступать немедленно. Должно еще было подойти около полусотни, созывали всех, что оказались поблизости на материке.

— Дождись Росни здесь. — Хмуро наставлял Рэм. — Все расскажешь ему, передашь мои слова: пусть один не суется. Мы идем разведкой, нам будет нужна помощь, а не отдельные павшие герои. И сама… смотри у меня.

— На что смотреть, Рэм? — Слегка удивилась, собирая его охотничью сумку. — Со мною все в полном порядке.

— Ага. — То ли согласился, то ли огрызнулся он.

И ушел. О том, что его нет рядом, я задумалась примерно через неделю, когда начали подходить первые отозвавшиеся.

* * *

— Привет, принцесса. — Без особой радости поздоровался Росни. Запыленный, заметно загоревший, с сумасшедшими проблесками в чернющих глазах… Отмеченный особой, опасной привлекательностью. На пороге комнаты то и дело появлялись, будто случайно, дочери хозяина. — Чего одна-то?..

— Рэм сказал тебя ждать. — Я забрала у него сумку, помогла выпутаться из перевязи. Большущий чан теплой воды уже приволокли под навес, точно в то место, куда я показала. Выглянув в мутное маленькое оконце, отправила его во двор: — Иди, там под навесом все, кроме чистой рубахи. Не нашлось на тебя новой, если вот только ношенную возьмешь — я её выстирала, заштопала…

Он приподнял мне лицо за подбородок, с подозрением принюхиваясь.

— Пьяная? — Пытливо вопросил.

— Нет. — Подумав, я сосчитала. — Вино пили последний раз еще на Острове, в Башнях. Иди, Росни, потом ужинать будем.

Вечером, достав, наконец, своими глупыми выходками, он вынудил меня просто уйти из дома. Если еще хоть один дурацкий намек будет брошен в мою сторону, просто тресну ему промеж глаз — поняла, и от греха подальше, сбежала.