Читаем Путь полностью

— То-то! Бойтесь меня. Анаэль, бери свою пятёрку и проверь, что за корыто там стоит. Если не прикрыто и не защищено, взломать и заблокировать системы. Сью, это твоя задача. Шамс, со своими, топает к тому дальнему комплексу, всё осмотреть, сунуть нос в каждую щель. Чтобы никакая тварь нам в спину не ударила. После осмотра, как и Анаэль присоединяешься к нам в главном комплексе. Остальные со мной в главный комплекс. Все смотрим во все глаза, тут слишком много дурных хищников, которым может придти в голову мысль попробовать вас на вкус. Им невдомёк, что вы все для них сродни яду. Всё ясно?

— Поняла!

— Понял, вождь.

Ответили напарники и тенями растаяли в туманной дымке. Лишь тихие щелчки работающих сервомеханизмов брони Крулла возвестили, что эта ходячая крепость скрылась в тумане. Когда хотел Шамс, мог двигаться почти бесшумно, даже в штурмовой броне.

Мы же быстро рассредоточивающейся группой двинулись к основному комплексу лабораторий «Телчин». От Дженнифер лишь всё отчётливее веяло застарелым ужасом и болью. Но девчонка, преодолевая себя, шла в место, с которым у неё были связаны самые страшные и болезненные воспоминания прошлого.

Подошли к главному входу, дверей не было, они ржавой искорёженной кучей валялись неподалёку. Большая часть стёкол оказалась выбита и из окон пробивалась растительность, опутывая потрескавшиеся железобетонные стены, словно тела исполинских змей.

Вошли в сам комплекс в нём, вся та же картина разрухи и запустения. Ни какого сравнения с игрой, ни одного работающего терминала. С потолка свешивались корни растений, какие-то тенёта, в лучах фонарей которые мы зажгли, войдя в комплекс, бриллиантовыми искрами блестела влага на стенах. Искрились капли падающие с потолка, звонко разбивающиеся об пол. Гулкая тишина, только шорохи тихих шагов команды, да гулкие щелчки падающих на пол капель.

— Разбиться на тройки и осмотреть здесь каждую щель. Обо всём странном сразу докладывать, Карл, Макс и Найлус за старших. Я с Дроу, Мирандой, Джэйкобом и Дженни, пойдём в центральную лабораторию.

— Поняли тебя, Лиса. — Сказал брат, напарники быстро поделились и разошлись в боковые коридоры.

— Куда дальше, Джен? — Спросила я.

— Вон туда, в главный коридор. — Ответила она и решительно двинулась по нему.

— Нулик, подожди. — Тихо сказал Дроу обогнул девушку и, выставив вперёд свой миниган, пошёл по коридору авангардом. За ним двинулись все оставшиеся, чутко вслушиваясь в звуки вокруг. В широкий коридор выходили двери, створки большинства были распахнуты. Дверные полотна просто вывалились из пазов и трухлявыми обломками валялись здесь же, в комнатах за ними была темнота с кучами непонятного мусора на полу.

— Здесь было общежитие для детей, отсюда их забирали для опытов, сюда же возвращали выживших. Когда я вырвалась, то многих убила именно в этом коридоре. Я тогда не сдерживала свою ярость и убивала всех подряд, всех кого видела перед собою. Охранников, учёных, подопытных, всех… — Тихо проговорила, Джен в отрядном канале. — Когда вырвалась, увидела на поле челнок. В нём был пилот, я пригрозила ему, и он согласился увезти меня до пересадочной станции. И увёз ведь…

— Куда? — Спросил Иесуа.

— Меня после всего свалил откат, я отрубилась, а он… Он продал меня батарианцам, там же на станции. После этого в «ломке» у работорговцев, меня в первый раз изнасиловали.

— Сколько тебе было лет? — Спросил великан.

— Четырнадцать, и я больше не хочу это вспоминать…

Дроу заскрипел зубами, что жутко звучало по связи. Дженнифер положила ему ладонь на предплечье и ласково посмотрела в визор шлема. При этом коридор закончился, выводя нас в просторное помещение.

— Согласна, не стоит этого делать. — Говорю я, выходя вслед за Дроу и Джен в широкий зал, выглядящий зловеще в свете фонарей. Посреди которого громоздились какие-то странные конструкции. Казалось, они выставлены кругом, но ясности не было, так всё напрочь сгнило.

— Что здесь было? — Спросила Миранда.

— Амфитеатр и арена. Меня и других заставляли драться на ней, как римских гладиаторов в древности. Лишь с помощью рук, биотики и ножей. Не так как Херувим, но суть та же. Нам давали дурь, чтобы не чувствовать боли и сожалений. Потом, после этого меня ломало и хотелось ещё, ещё дури и убить кого-нибудь, потому что их смерть убирала боль и дарила блаженство. — Ответила Джен.

— Скольких ты тут убила? — Глухо спросил Дроу.

— Не помню, я их не считала. Я тогда вообще плохо себя помню, всё было туманным. То светлым, наполненным яркими красками галлюцинаций, то багрово красным от гнева и ярости, то чёрным наполненным болью от ломки.

— Суки… — Прорычал масай, полыхая гневом и бешенством.

— Я согласна с тобой, но идём дальше, тут недалеко осталось, до моей комнатушки.

Проходим сквозь зал и с улицы раздаётся: — Р-р-р-р-а-а-а-х-хх! Р-р-р-р-а-а-а-х-хх! — работающего минигана и ночь раскрасилась грохотом множества стволов и истошным, переходящим в ультразвук воем.

— Шамс, доклад! — Кричу я в общий канал.