Читаем Путь полностью

Я уже активировала наведение следующей партии, бегут циферки таймера, а у меня холодно внутри, всё сильнее и сильнее. «Ну же, скорее, тормоз долбаный!» подгоняю комп наведения. Вот, мигнув, пиктограмма становится зелёной и я снова вдавливаю кнопку пуск. А по нам опять ведут огонь и Джефф отчаянно маневрирует, уворачиваясь от выстрелов. Красные лучи плетут всё более плотную вязь вокруг нашего, пока ещё невидимого, корабля. Складывается ощущение, что излучатели у гадов по всему корпусу натыканы. Шутник матерится, руки порхают над пультом, но я чувствую, что ему всё труднее и труднее. Яркая вспышка, мы снова попали по врагу и сразу же новый пуск, в этот раз уже «Василисками» и «Дротиками». Ракеты уходят, оставляя после себя инверсионные следы, но там где включились ракетные двигатели, нас никогда не было. Вражеский крейсер горит, от него клубами разлетается выходящий воздух, но он продолжает бой. Чёртовы полумашины, видимо вообще не умеют отступать. Рой ракет врубается в него, пробивая в корпусе гигантские дыры, но на плотности вражеского огня это почти не сказывается. Расходимся на встречных курсах, но «коллекционерам» похоже это не мешает, их крейсер окружённый облаками сгорающего газа, полыхая движками, разворачивается и начинает набирать высоту, стремительно догоняя нас.

— Да какой же у вас потенциал, откуда такая маневренность и скорость?! — кричит Джокер.

— Джефф, уходи глубже в атмосферу, в ней излучатели менее эффективны. — говорит Гаррус.

— Он сможет нас там засечь по инверсионному следу. — возражает пилот.

— Отставить разговоры! Он снизил интенсивность огня и пытается вылезти на высоту. Невероятно крепкий противник! Девять попаданий по семьдесят пять мегатонн, в общей сложности уже семь тяжёлых ПКР и он всё еще жив. — говорю я, отслеживая момент для запуска оставшихся у нас ракет. Система наведения вновь захватила цель и я опять нажимаю пуск. Ракеты ушли по расходящимся курсам и лишь потом включат двигатели, но крейсер и не думал стрелять по ним, весь свой огонь «коллекционеры» сосредоточили на куске пространства вокруг нас.

— Джефф, уходи глубже! — успеваю крикнуть я перед тем, как мы получаем попадание. Ослепительный рубиновый луч ударил в корму и насквозь прожёг инженерный отсек. Замигали тревожные лампы повреждённых систем. Из самого отсека, дурным голосом заорал Адамс, говоря нам, что повреждена система теплоотвода ядра. Закономерно сползла маскировка и враг до нас добрался. Мы получаем повреждения, одно за другим. Чёртовы лазеры или какое-то другое лучевое оружие вражеского крейсера, в условиях нашей прямой видимости, промахов почти не давали. Хорошо, что пока держит броня БИЦ, но остальной корпус уже весь исполосовало пробоинами. Инженерная группа сбивалась с ног, но проблемы росли. Сидящий рядом Джефф творил чудеса пилотирования, Гаррус лупил из вспомогательного калибра назад, враг же с упорством маньяка преследовал нас и тут его догнали, настроенные на задержку активации, ракеты. Четыре «василиска» и два «дротика» ударили в крейсер и огонь прекратился. Некоторое время корабль «коллекционеров» ещё летел за нами, затем за кормой ослепительно вспынуло. Когда вспышка погасла, лишь летящий на планету рой разномастных обломков напоминал о некогда величественном и грозном корабле.

— Да-а-а-а!!! — заорал экипаж.

— Командир, это войдёт в историю! Фрегат уничтожил тяжёлый крейсер, да какой крейсер, дредноут! — говорит мне Джокер.

— Отчёт о повреждениях! — кричу я, — Джокер, выводи нас на высокую орбиту. Что с «зыбью»?

— Отключилась, ещё за несколько секунд до взрыва врага отключилась. — докладывает Гренадо.

— Значит, можем прыгнуть?

Докладывает Адамс:

— Командир, у нас прямое попадания в ядро. Реактор в неуправляемой фазе, система аварийного глушения повреждена. Так-же повреждена система аварийного отстрела и мы пока не можем от него избавиться. И уж тем более, не можем ни куда прыгнуть.

— Сколько у нас времени, Грег?

— Минут двадцать, может чуть меньше. — отвечает инженер. И пока экипаж переваривал новости, по корпусу пробежала дрожь и нас закрутило.

— Ай б…ть, твою мать! — заорал Шутник.

— Джокер, что случилось? — кричу в ответ.

— Правый маршевый отвалился, видимо гад попал в крыло и оно не выдержало. Не могу стабилизировать полёт, мы на четырёхстах тысячах и так и не набрали скорость.

— Что дальше, Джефф?

— Нас затянет гравитационным полем планеты и мы упадём на Алкеру, командир!

В эфире повисла тяжёлая давящая тишина, кто-то из девушек всхлипнул, кто-то шепнул «мамочки».

— Доклад о потерях.

— Потерь нет, командир. — отвечает Пресли. — Лишь Нойера слегка обожгло каплями расплавленного металла.

Я закрываю глаза, тяжко вздыхаю.

— Сьюзи, открывай люки спас капсул, сбрасывай аварийный буй и передавай на открытой волне. Нас сбили, Нормандию сбили. Экипаж, покинуть корабль, код «черный».

— Нет командир, я удержу нашу птичку, у меня всё получиться! — закричал Джефф.

— Шутник, через двадцать минут у нас взорвётся масс ядро, с этим что будешь делать?

— Но…