Читаем Путь полностью

Вообще, по закону Пространства Цитадели, клон разумного имел все права и обязанности оригинала и приравнивался к свободной личности автоматически. И то, что делал саларианец, было чудовищно само по себе. А уж с его методикой, когда копиям с помощью мнемографа записывалась синтезированная личность, и бедный разумный принимал всё происходящее за чистую монету… Господи я чуть с ума не сошла, разбираясь с этим.

Собрали Трибунал, выпотрошили Салеона насчёт его контрагентов среди людей и не только людей, так как среди клонов были и азари и турианцы и батарианцы. Применили химию и форсированный допрос, да и сам саларианец под конец пел соловьём, желая рассказать всё, и чтобы всё скорее закончилось. Приговор команды был единогласным, смерть, Гаррус вывел трясущегося дока в его корабль и на глазах клонов смахнул мечом голову. Затем пришли патрульные фрегаты с Четвертого флота и мы передали им транспорт набитый совершенно растерянными копиями. Бедные разумные, как они нас благодарили за то, что мы избавили их от уготованной им участи.

В личных делах было все прекрасно, ребята нагнали сверстников в школе и стали ходить на занятия туда. Поначалу их приняли насторожено, но постепенно лёгкий нрав Лили, мягкий и покладистый Анни и упрямый и честный Михаила, взяли верх над недоверием одноклассников и мои мальки вполне органично влились в свои классы.

А потом пришло письмо от Сини, и я чуть было не сбежала на Мендуар, кое-как от этого опрометчивого поступка меня отговорил Найлус. Как бы там ни было, лететь мне не меньше двух недель только в один конец и на перекладных, а кто будет работать здесь? Я всё понимала, но сердце рвалось туда, к ней, к моей маленькой турианке. Рвалось так, что напрочь отшибало мозги!

Промаявшись несколько дней, под чуткой заботой Лиары, ребят и отца, я отошла и успокоилась. Показала детям голографии и рассказала историю ещё одной маленькой девочки в моей жизни.

— Мамочка! — сказала мне тогда Лили, — Когда всё закончится, мы обязательно все вместе слетаем к ней в гости, ты слышишь. И ты нас познакомишь с ней. — Девочка прижалась ко мне, и я дала себе слово, обязательно слетать домой, навестить родной мир и маленькую девочку в нём.

А потом на станцию прилетела Бенезия, и я познакомилась со своей тёщей. Что сказать, отличная тётка, повезло мне с ней. Вслед за Бенезией примчалась Этита и наша семья начала приобретать комплектный вид. Помню момент знакомства Ли с «отцом». Матриархи встретились в садах, видимо, решив расставить все точки над Ё, в накопившихся за долгие годы вопросах. Бенезия в то утро рассказала мне, что чувствует сильную вину перед Этитой, ведь подруга и партнёр была права, а старшая Т’Сони ошибалась, а ещё и вопрос с Лиарой. И вина была столь сильной, что мне еле-еле удалось уговорить тёщу решить все вопросы с тестем. И когда Бенезия улетела на встречу, вызвала из отдела Лиару, которая была не в курсе происходящего. Рассказала ей всё и предложила, через часик, слетать к матриархам и решить и этот вопрос тоже, так сказать в семейном кругу. Ли готова была лететь немедленно, но мне удалось уговорить её дать родителям время решить свои вопросы.

Так что через час, прихватив вернувшихся из школы детей, полетели в сады. Я точно знала, где оба матриарха, так как воспользовалась правами Спектра и поставила их инструметроны на контроль. Заметив сидящих на лавочке родителей, Лиара вырвала свою руку из моей и решительным шагом направилась к ним, подошла, посмотрела в глаза ставшим темно-синими до фиолетового женщинам и, чеканя каждое слово на азари спросила: — Я желаю знать причины, по которым вы лишили меня общения с вами и вообще как… вы… посмели?!

Этита отвела взгляд, уставившись в пол с сильнейшим раскаяньем в эмоциях, Бенезия же похлопав ресницами начала:

— Крылышко моё, прости нас, мы совершили большую ошибку, но больше всего прости меня, в основном это моя вина. — Глаза матриарха наполнились слезами, женщине было стыдно и больно. Как же она похожа на Лиару. Лишь кожа немного темнее, нет нарисованных бровей, да чуть выразительнее линия скул.

— А ты, что мне скажешь?! — Сказала подруга, глядя на «отца».

Этита прочистила горло и всё равно хриплым голосом ответила: — Меня вынудили дать обещание.

— Что за обещание?

— Что до того момента когда тебе не исполнится сто десять лет по времени Тэссии, я не буду пытаться вступить с тобой в контакт.

— Да как ты могла дать такое обещание? И кто тебя вынудил его дать? — И посмотрела на мать, та полыхая отчаяньем, лишь виновато повесила голову.

— Прости меня, я боялась, что она заразит тебя своими идеями и хотела оградить от этого. — Пробормотала Бенезия.

— Глупости какие! — Воскликнула Ли.

— Полностью согласна с тобой. — Буркнула Этита, заслужив суровый взгляд дочери.

— Но!.. — Попыталась что-то сказать Бенезия.

— Сама-то посмотри, Неззи, с кем связала свою жизнь и разделила душу наша девочка. — И Этита махнула рукой.

— Насколько я знаю, коммандер Шепард не такая радикалистка как ты.