Читаем Пустыня смерти полностью

С берега послышались выстрелы, и они увидели, что Чадраш, Длинноногий и Черныш Слайделл, переплыв реку, укрылись за грудой выброшенных на берег деревьев и ведут оттуда огонь. Калл посмотрел на реку и заметил недалеко от того места, откуда стреляли рейнджеры, нечто похожее на ондатру. Приглядевшись, он понял, что это вовсе не ондатра, а меховая шапочка, которую раздобыл Верзила Билл Колеман перед отъездом из Сан-Антонио. Сам он медленно брел по дну, по горло в воде, так что на поверхности виднелась лишь шапочка. Его коня, на котором он переплывал Бразос, поблизости видно не было.

Пока Калл и Твид боролись с течением и наконец смогли выйти на берег, где нашли укрытие за беспорядочной грудой бревен и деревьев, стрельба стихла. Длинноногий прошел вниз по реке несколько ярдов и стал вытаскивать из воды чье-то тело. Сначала Калл подумал, что это убитый рейнджер, и весьма удивился, увидев, что Длинноногий вытащил из Бразоса мальчишку команча, которого застрелил Калл. Еще несколько рейнджеров выходили на берег, преодолевая сильное течение и держась за уздечку или за хвост коней. Некоторые были без лошадей, не удержавшись рядом с ними во время переправы.

— Видишь, ты его прикончил, — произнес Длинноногий, глядя на Калла. — Я забыл напомнить, чтобы ты внимательно следил за мертвыми животными — команчи используют их как плавучее средство, а заодно и для маскировки.

Калл весьма удивился, увидев, что убитому мальчишке на вид было всего лет двенадцать.

— Тебе повезло, что ружье выстрелило, — заметил Чадраш. — Обычно старые мушкеты разрываются при выстреле, когда в них попадает вода.

Калл промолчал. Он понимал, что ему повезло -опоздай он на секунду, и команч вонзил бы в него нож. Из памяти не выходили горящие ненавистью глаза мальчишки, смотревшие на него между ног дохлого мула.

Каллу не хотелось глядеть на труп, он повернулся и зашагал прочь, заметив, что Чадраш и Длинноногий с любопытством смотрели ему вслед. Калл в недоумении остановился — их вид говорил о том, что он сделал что-то не так.

— А разве ты не собираешься оскальпировать его? — спросил Длинноногий. — Ведь это ты его убил. Так что и скальп твой.

Калл удивился. Ему никогда не доводилось скальпировать команчей. А тут перед ним лежал мальчик. Калл был рад, что благополучно избежал смерти, но все же гордости за свой поступок не испытывал — мальчик не побоялся плыть по разлившейся реке, вооруженный одним лишь ножом, держась за мертвого мула и надеясь захватить врасплох и убить вооруженного рейнджера. Наградой же за его храбрость стала пуля, чуть не оторвавшая ему голову. Больше он никогда не будет рыскать по прериям и нападать на фермы. Хотя Калл и убил его, он понимал, что мальчишка за свою храбрость заслуживает похвалы. Хоронить времени не было, а скальпирование его не привлекало.

— Нет, я не хочу скальпировать его, — ответил Калл.

— Да он, если бы мог, не задумываясь, проделал бы это с тобой, — заметил Длинноногий.

— Я тоже не сомневаюсь, — заверил Калл. — Скальпирование — это в натуре индейцев, но не в моем характере.

— Станет чертой твоего характера, парень, когда ты повзрослеешь на пару лет, если выживешь, — сказал Чадраш. Затем он опустился на колени и снял с мальчишки скальп. После этого столкнул его тело в реку и пустил плыть по воле волн.

— Мне следовало бы похоронить его — ведь это я его убил, — произнес Калл.

— Нет, никогда не хорони индейцев, — возразил Длинноногий. — Они сами подбирают своих убитых, когда могут, конечно. Думаю, Чад захотел задать им на этот раз подобную работенку.

Не успел Чадраш повернуться и поскакать к обрывистому берегу, как издалека с реки послышался какой-то вопль.

— Боже мой! Да это же Рип — течение отнесло его слишком далеко вниз, — воскликнул Верзила Билл. — По-моему, он тонет.

— Лошадка у него хилая, — заметил Длинноногий, поднимая ружье.

Видимо, лошадь Рипа тоже тонула ярдах в двадцати от него. Из зарослей кустарников выскочили пятеро команчей и, издавая воинственные кличи, кинулись к реке. Длинноногий выстрелил. За ним выстрелил и Чадраш, но расстояние было слишком велико и оба они промахнулись. Тут же налетел шквалистый порыв ветра с дождем, затрудняя видимость, и с такого расстояния рассмотреть цель стало совсем невозможно. Рип снова вскрикнул и, заколотив по воде руками и ногами, двинулся к своему коню, но тот совсем выбился из сил и не мог плыть в густом речном иле. Первый команч уже добежал до берега и помчался по воде, вздымая тучу брызг. Калл перезарядил свой мушкет, тщательно прицелился и выстрелил, попав в первого команча, но из-за дальнего расстояния пуля летела уже на излете, удар ее был слабым и она не остановила быстро бегущего индейца. Затем они увидели, что Рип поднял свое ружье и в упор выстрелил в команча. Но мушкет дал осечку, и в ту же секунду индейцы гурьбой накинулись на него. Вскоре затих последний вопль Рипа. Не успел Калл приготовиться произвести второй выстрел, как Рипа Грина зарубили ножами и томагавками и оскальпировали. Вскоре его тело поплыло по реке вниз, туда же, куда и труп индейского мальчика.