Читаем Пустые Холмы полностью

Парень усмехнулся, но попятился и выскользнул за дверь. Ульяна молча указала на склянки на одной из полок и тоже поспешила вон. Он подступил к кровати. Страх, что на этот раз он не сможет быть просто целителем, мешал. За те два месяца, что Сева не видел Водяную колдунью живьем, он успел передумать о многом. Успел смириться со снами, со своим решением, с тем чувством, которое толкало его на подобное. И еще мысленно успел отодвинуть все это на неопределенное будущее, для наступления которого он отыскивал книги и просиживал вечера в поисках страшных обрядов. Сейчас же она лежала перед его глазами – причина его тревог, томительных судорог в животе, раздражения. Бледная и скользкая, мокрая от пота, со слипшимися волосами, в одной рубахе на пуговках. Сейчас ее длинные белые ноги были совсем голыми, ногти на пальцах чуть посинели. Скорее всего, нойда сняла с нее мокрые штаны и шерстяные чулки.

Бо-о-ом…

Сева вздрогнул. В памяти всплыла гостиная Жабы в Белой усадьбе, где однажды после очередного приступа Водяной колдуньи он говорил с целителем о ее проклятии. Полину уже обмыли водой и целительским отваром, переодели в сухое и чистое, и Густав Вениаминович сказал ему словно между делом:

– Если она проснется, пока меня не будет, и ее будет тошнить, отвернись. Или лучше выйди.

– Почему? – не понял Сева.

– Она потусторонняя. Потусторонние такого стесняются. А лишний стресс ей сейчас ни к чему.

– Почему стесняются? – Сева никак не мог взять в толк, о чем его просит целитель.

– Телесные проявления считаются у них постыдными. Девочка сильно переживает, когда кто-то видит ее недуг. И если в твоих силах сделать так, чтобы она очнулась во всем чистом, обеспечь ей это. А лучше попроси кого-нибудь из девушек. Боюсь, она пока не понимает, что для целителя нет разницы, над чьим телом проводить ритуалы и чье тело мыть. Ей будет спокойнее, если никто из мужчин ее не увидит.

Теперь он склонялся над ней в чужом лазарете чужого города, где ведьма-нойда сумела только частично раздеть Водяную колдунью, а все остальное предоставила молодому целителю из Заречья.

Бо-о-ом…

Сева чувствовал, как с каждым ударом бубна внутри натягивается струна, будто выправляется давно поломанный музыкальный инструмент. Он всмотрелся в напряженное лицо Водяной колдуньи. Лоб покрывали капли пота, от уголка рта тянулась ниточка мутной темной слюны. Значит, она все же приходила в себя во время приступа, и ее рвало желчью, но нойде не удалось удержать ее в сознании.

Он вслушался в дыхание колдуньи, вдыхая запах ее тела, похожий на кисловатый аромат березового сока. Совершенно лесной и весенний.

Бо-о-ом… бо-о-ом… – забил бубен, направляя его внимание.

Сознание покинуло комнату, устремилось в пустоту, навстречу сознанию проклятой: путь этот должен был стать долгим, он вел туда, где не существовало уже ничего, кроме всполохов чистой магии, но сколько Сева раньше ни пробовал туда пробраться, его всегда останавливал ледяной Водяной щит. Свечи вокруг кровати затрепетали, заслезились, пламя скакало то вправо, то влево, и тень за спиной целителя приобрела форму огромной птицы.

Бо-о-м…

Сева остановился на призрачной дороге, не пройдя и половины. Едва заметная девичья фигурка преграждала ему путь. Это была Полина! Значит, нойде удавалось держать ее в пограничном состоянии, близком ко сну.

Он открыл глаза, схватил со столика кусок мела, раскидал коврики, укрывавшие пол, и рывком очертил на старых досках круг.

По дороге сюда он получил наставления от двух целителей: Густава Вениаминовича и отца. И когда входил в лазарет, все еще не знал, чьим советам следовать, – методы их различались кардинально. Отец обычно готовил ритуальное место, куда помещал хворого, сам садился в тени, в углу, и всю остальную работу совершал сознанием. Густав Вениаминович же во время Севиного отсутствия ломал голову над рунограммами, которые помогали бы Полине вырываться из лап морока и возвращаться в тело самостоятельно. Их нужно было чертить прямо на ее коже, вложив силу свою лишь в зелье. И вот теперь он понял, что сделает так, как сказал Жаба. Интуиция подсказывала, что именно сейчас, когда нойда помогает ему, такая ворожба подействует. Но была и еще одна причина: что-то насторожило его в тоне отца, передающего наставления.