Читаем Пустошь (СИ) полностью

Но в этот раз рука отца оказалась быстрее. На запястье сжались пальцы, не давая двигаться дальше. Парень замер, осторожно поворачиваясь и вглядываясь в непроницаемое лицо Фугаку.

– Ты под домашним арестом.

– Не напугал, – фыркнул Саске.

Внутри поднималась волна раздражения. Что им всем надо?! То Итачи, то тот совершенно незнакомый парень… как его имя… а чёрт с ним! Теперь ещё и родители. Какого чёрта, все они разом вспомнили о его существовании именно в тот момент, когда ему так хотелось побыть незаметной тенью?!

Злость прибавила сил, и Саске резко отшатнулся от отца, который от неожиданности разжал руку. Ноги ударились обо что-то, и он обернулся, отступая в сторону – журнальный столик, на котором в беспорядке разбросаны те самые бумаги, что Итачи привёз утром из больницы.

Саске схватил первую попавшуюся папку со стола и вперился немигающим взглядом в ровные, какие-то равнодушные к чужой судьбе буквы. Глаза выхватывали печально известные слова…

Злость взяла верх. Скомкав кое-как пластиковую папку, он бросил её под ноги. Хотелось разбить что-то, но тот не успел схватиться за хрустальную вазу, стоявшую рядом с бумагами.

Хлёсткая пощёчина заставила замереть на месте.

– Возьми себя в руки!

Тишина, повисшая в комнате, разрушалась лишь стуком пульса в висках, но вряд ли родители это слышали.

На удивление, злость прошла.

Выдохнув, Саске медленно побрёл к лестнице, на которой едва не столкнулся с вышедшим на шум братом. Итачи смотрел на него сверху вниз сонными глазами и не стал пытаться остановить, когда тот прошёл мимо.

Реальность вернулась лишь тогда, когда за его спиной захлопнулась дверь. Повинуясь какому-то внутреннему порыву, Саске сгрёб со стола смятые купюры и засунул их в схваченный со спинки стула чёрный рюкзак. Оглядев комнату, он заметил, что Итачи всё-таки попёрся за ним и теперь стоит в дверях, молча буравя взглядом.

– Родители волновались за тебя, – тихо начал брат. – Они думали ты что-то с собой сделал.

– Пф, – неопределённо фыркнул Саске. Спорить, ругаться уже не было ни сил, ни желания.

Он обошёл брата, слегка задев плечом, и спустился вниз, где всё ещё висела напряжённая тишина. Чувствуя на себе пристальный взгляд, он вышел из дома, вновь захлопнув за собой дверь.

Находиться там стало практически невыносимо.

Выйдя на середину улицы, освещённой неярким жёлтым светом, Учиха огляделся. Пусто.

Хотелось выпить и покурить.

***

Стоя на остановке, Наруто вглядывался вдаль, хотя надежда уехать домой на автобусе умерла ещё полчаса назад. Он, в силу своей рассеянности, вновь пропустил последний рейс и теперь протирал взглядом расписание маршрутов, надеясь, что всё же ошибся, не доглядев какую-нибудь цифру. Но нет. Расписание было безжалостно к нему…

Печально выдохнув, он поморщился, поёжившись от ночного холодка, что начал пробираться под влажную одежду. Обхватив себя руками, парень прислонился плечом к стенду объявлений.

Родители убьют, если он не вернётся домой к утру, а идти пешком… очень уж не хотелось. Да и что таить, было не по себе от всех этих пустых ночных трасс. И, конечно, Узумаки не боялся! Ещё чего! Да он даже слова такого «страх» не знает…

Наруто мысленно ругнулся. Наверняка, если бы не тот чокнутый тип из беседки, за которым он попёрся из лучших побуждений, то на автобус бы не опоздал.

Наруто сунул руку в карман, наткнувшись пальцами на пластиковый бок сотового. В голове промелькнула мысль позвонить домой и объяснить родителям всё, но при взгляде на потухший дисплей он понял: по возвращении домой ему устроят хорошую взбучку. Аккумулятор телефона сел ещё три часа назад. Узумаки удручённо сунул сотовый обратно и в очередной раз испустил долгий тяжёлый вздох, словно это как-то могло облегчить его участь.

На стремительно пустеющей улице было тихо до такой степени, что слышался лай собаки где-то вдалеке. Прошедший ливень оставил на асфальте широкие лужи, а в воздухе неприятную прохладу, к вечеру превратившуюся в пробирающий до костей холодок. В этой вечерней тишине как-то неестественно громко прозвучал звон выпавших у кого-то из рук ключей. Наруто повернулся на этот звук далеко не из-за любопытства, просто в окружающей его вечерней полутьме это не могло не привлечь внимания.

На фоне желтоватого света фонаря какая-то слегка нескладная фигура замерла над поблескивающими на асфальте ключами. Это был парень, хотя он не спешил судить: волосы до плеч могли быть и у излишне худой девчонки.

Незнакомец всё-таки поднял ключи и сунул их в карман джинс, а затем, словно чувствуя на себе взгляд, повернулся. Фонарный свет сыграл злую шутку с воображением Узумаки, наградив темноволосого парня какими-то заострившимися чертами лица и чёрными провалами вместо глаз.

«На гопника вроде не похож», – подумал он, то ли сожалея, что не получится набить кому-то морду, то ли радуясь тому, что кто-то не набьёт его в ответ.

– Эй! – неожиданно крикнул-каркнул незнакомец, и его голос разнёсся по улице. – Ты Наруто?