Хоть написала, что любит, немного смягчила разочарование от того, что он не застал ее дома и, похоже, проведет ночь в одиночестве. Ордуньо позвонил еще раз – вдруг она все-таки нашла телефон, но услышал сигнал голосовой почты. Теперь понятно, почему она не ответила, когда перед выходом с работы он попытался предупредить ее, что скоро будет дома.

Ордуньо заглянул в холодильник: пусто. Там было пусто, когда он уезжал в Лас-Пальмас, и с тех пор ни у него, ни у Марины так и не нашлось времени сходить за продуктами. Пришлось спуститься на ужин в бар на углу.

Жуя тортилью (лучшее, что там было), Ордуньо слышал звуки игровых автоматов. Он старался игнорировать их, как делал последние несколько лет. Но, расплатившись и получив сдачу – две монеты по одному евро, вдруг подумал, что ничего не случится, если он бросит мелочь в щель автомата. Он весь день играл в покер без денег и теперь спустил курок.

Глава 33

Элена вызвала Ческу в свой кабинет. Нетрудно было догадаться, что речь пойдет об Ордуньо. Утром он не пришел на работу, ему звонили, но он не брал трубку. Все удивились: отдел подготовил операцию, на этот день была назначена подпольная игра, и если кто и мог помочь Сарате, дать дельный совет или сообщить что-то важное об Андони Кортабарриа, то это Ордуньо.

– Не представляю, куда он подевался, – заверила Элену встревоженная Ческа. – Я сама сто раз ему звонила. Отправила кучу сообщений, но он не отвечает.

– С ним что-то происходит?

Ческе не хотелось выдавать товарища, но она понимала, что придется рассказать то немногое, что ей известно, потому что дело, похоже, принимало плохой оборот.

– По дороге в Лас-Пальмас Ордуньо познакомился с какой-то женщиной.

– И?

– Наверное, теперь он пересматривает свою жизнь. – Ческа ухмыльнулась, чтобы ее слова не показались слишком пафосными.

– В Лас-Пальмас он летал в конце прошлой недели. Не рано ли пересматривать жизнь? Впрочем, у каждого свой темп. Попробуй его найти.

* * *

Игра была назначена на десять вечера. За шесть часов до начала все сотрудники отдела криминалистической аналитики, кроме так и не появившегося Ордуньо, собрались для последних приготовлений.

– У нас есть два белых фургона без опознавательных знаков с аппаратурой для прослушки. Оба уже на месте, недалеко от дома: один стоит на проспекте Викториа, другой – на парковке ресторана «Эль Дескансо». Оба будут принимать сигналы от Сарате, и мы будем действовать в зависимости от того, что услышим.

– Мне придется нацепить микрофон? – забеспокоился Сарате. – Меня могут засечь.

– На тебе будет такой микрофон, который не найдут, даже если пропустят тебя через детектор электронных устройств, – объяснил Буэндиа. – Наномикрофон израильского производства, официально у нас их нет, ими пользуются только «Моссад» и ЦРУ.

– Хотя у нас их нет, но они у нас есть, – улыбнулась Марьяхо.

– Все дело в связях. Микрофон будет в пуговице твоей рубашки, и мы сможем принимать сигнал на расстоянии до пятисот метров.

– Надеюсь, вы не ошибаетесь и его не обнаружат, – вздохнул Сарате.

– Если хочешь взять с собой оружие…

– Нет, я не хочу брать с собой оружие! Я иду играть в покер и знакомиться с Кортабарриа. Я ни во что не буду лезть, ни с кем не буду конфликтовать, и вообще… Буду играть в покер и стараться выиграть, только и всего.

– Отлично, – кивнула Элена. – Тебе придумали легенду?

– Да. – Марьяхо положила на стол папку. – Мы не стали менять имя, чтобы избежать ошибок. Анхель Сарате. Предприниматель, занимается организацией путешествий для пожилых: экскурсии в Монастерео-де-Пьедра, в кафедральный собор Сантьяго, в Бенидорм и тому подобное.

– Это приносит столько денег, что на них можно так запросто играть?

– Ты даже не представляешь, насколько это прибыльно! Сто пятьдесят тысяч евро для такого персонажа сущий пустяк.

– Чтобы помочь Сарате подружиться с объектом, мы сделали его еще и футболистом. Хотя таких успехов, как Кортабарриа, парень не достиг. Вершиной его карьеры стало участие в молодежном чемпионате в составе команды «Колония Москардо». Они из района Усера – здесь, в Мадриде. Цвета их формы такие же, как у «Атлетико Мадрид», только гетры синие.

– Я все про них выучил, даже гимн знаю, – ухмыльнулся Сарате.

Коллеги показали Элене его фотографию в форме «Москардо».

– Прямо как настоящая, – одобрила она.

– Она и есть настоящая, поменяли только цвета формы. В Академии я играл за команду полиции. Правда, из рук вон плохо.

– А я и не знала, что у полиции есть своя футбольная команда. Но беспокоит меня другое, – продолжала Элена. – Если у тебя столько денег и ты так увлечен покером, что готов внести сто пятьдесят тысяч за одну игру, почему никто из бывалых игроков тебя не знает?

– Тут придется положиться на мою способность убедительно врать и их готовность верить. Я не играл, потому что перед свадьбой дал слово будущей жене. Но теперь мы развелись. Пока она была со мной, я держал слово, но теперь я свободен.

– Я бы не поверила.

– Ты женщина, полицейский и хорошо соображаешь. Будем надеяться, что Андони Аристеги не такой проницательный.