Читаем Пуговица Дантеса полностью

Единственный вопрос, оставшийся без ответа, – это авторство «диплома рогоносца». В том, что голландский посланник являлся автором подлой анонимки, был уверен лишь один Пушкин. Даже суд оказался бессилен дать однозначный ответ. Членов военно-судной комиссии, возможно, могли бы убедить либо сам поэт, либо его вдова. Но первый был убит, а Наталью Николаевну, «дабы без причин не оскорблять», не допрашивали. Тем не менее следует подчеркнуть: Александр Сергеевич тоже не знал авторов циничной анонимки. Пушкин только догадывался. А знать и догадываться, согласитесь, абсолютно разные вещи.

Позже исследователи-пушкинисты назовут два имени, которые якобы в той или иной мере были причастны к составлению анонимки, – это два «светских шалуна» из великосветской «золотой молодежи» (а по совместительству – сожителя) князья Пётр Владимирович Долгоруков и Иван Сергеевич Гагарин, вхожие в гомосексуальное общество Геккеренов. В любом случае, голландский посланник, скорее всего, и явился вдохновителем гнусных пасквилей.

Александра Осиповна Россет (по записи П.Н. Бартенева):

«Весьма правдоподобно, что он был виновником сих писем… Сколь ни гнусен был сей рапорт, Геккерен был способен составить его. Подозрение падало также на двух молодых людей – кн. Петра Долгорукова и кн. Гагарина; особенно на последнего. Оба князя были дружны с Геккереном и следовали его примеру, распуская сплетни. Подозрение подтверждалось адресом на письме, полученном К.О. Россетом: на нем подробно описан был не только дом его жительства, куда повернуть, взойдя на двор, но какой идти лестницей и какая дверь его квартиры. Сии подробности, неизвестные Геккерену, могли только знать эти два молодых человека, часто посещающие Россета… Впрочем, участие, ими принятое в пасквиле, не было доказано, и только одно не подлежит сомнению – это то, что Геккерен был их сочинитель» [20].

Согласно другой версии, автором анонимного диплома могла быть и жена вице-канцлера Нессельроде – Мария Дмитриевна Нессельроде[62]. Об этом, в частности, писал Владислав Ходасевич, ссылаясь на дневник близкого к Николаю I директора канцелярии начальника Главного штаба военного министерства, а впоследствии министра двора Владимира Фёдоровича Адлерберга. Судя по одной из записей, в беседе Александра II со своей пассией Марией Долгоруковой на вопрос последней об авторе анонимных писем, ставших причиной дуэли Пушкина с Дантесом, император ответил: «Это – Нессельроде». (Подразумевая при этом не вице-канцлера, а его супругу.) Достаточно сказать, что Мария Дмитриевна Нессельроде являлась посаженной матерью на свадьбе у Дантеса и Катрин Гончаровой.