Читаем Пуговица Дантеса полностью

Итак, лейб-гвардии Конный полк (командир генерал-майор Р.Е. Гринвальд) входил в состав 1-й Гвардейской кирасирской бригады (генерал-майор Е.Ф. Мейендорф). Вышеназванная бригада являлась составной частью Гвардейской кирасирской дивизии (генерал-майор граф С.Ф. Апраксин). Последняя подчинялась Гвардейскому резервному кавалерийскому корпусу (генерал-лейтенант барон В.К. Кнорринг), находившемуся под началом Отдельного гвардейского корпуса (генерал от инфантерии барон К.И. Бистром). Напомню, военным министром Российской империи на тот момент являлся генерал от кавалерии граф Александр Иванович Чернышёв.

После этой нехитрой азбуки перейдём к событиям…

* * *

На следующий день после дуэли командир Отдельного гвардейского корпуса генерал Бистром в рапорте на имя Николая I, отправленном через военного министра, сообщал о состоявшейся дуэли между «камергером Двора Пушкиным» и «поручиком кавалергардского Ея Величества полка бароном Геккерен», в результате чего последний был ранен и за сей «противозаконный поступок» подлежал военному суду.

В день смерти Пушкина, 29 января, военный министр граф Чернышёв объявил генералу Бистрому Высочайшую волю по данному вопросу.

В специальном отношении на имя командующего корпусом было указано, что «по всеподданнейшему докладу… о дуэли, происшедшей 27 числа сего Генваря, между Поручиком Бароном Де-Геккереном и Камергером Пушкиным, Высочайше повелеть соизволил: судить военным судом как их, так равно и всех прикосновенных к сему делу, с тем, что ежели между ними окажутся лица иностранные, то, не делая им допросов и не включая в сентенцию суда, представить об них особую записку, с означением токмо меры их прикосновенности…» [1]

Хочу обратить внимание читателей на одну существенную деталь: к суду привлекался не только поручик Дантес-Геккерен, но и «камергер Пушкин». Правда, начальник штаба Отдельного гвардейского корпуса генерал Веймарн далее добавляет: «Поелику же известно, что Камергер Пушкин умер, то самое следует объяснить только в приговоре суда, к какому бы он, за поступки его наказанию по законам подлежал» [2]. Как видим, этой реляцией поэт де-факто выводился за рамки судебного процесса.

Привлекался к ответственности и секундант Пушкина инженер-подполковник Константин Данзас («за произведенную первыми двумя между собой дуэль, а последний за нахождение при оной секундантом»).

Военная машина закрутилась. В тот же день Бистром и начальник штаба корпуса генерал-адъютант Веймарн направили по инстанции распоряжение командиру Гвардейского резервного кавалерийского корпуса генерал-лейтенанту Кноррингу: