Читаем Пуговица Дантеса полностью

После роковой дуэли не прошло и месяца, как уже 19 февраля 1837 года участникам поединка на Чёрной речке был вынесен приговор. Такая оперативность, согласитесь, прямо-таки поражает. Особенно в сравнении со сроками нынешнего судопроизводства, когда исчисление идёт на месяцы и даже на годы. И дело даже не в том, что был убит известный русский поэт. Просто таков был порядок расследования уголовных дел военным судом.

Следует заметить, так называемое «Подлинное военно-судное дело 1837 года» по факту дуэли Пушкина с Дантесом-Геккереном многие десятилетия хранилось под грифом «Секретно», по причине чего ознакомиться с ним могли далеко не все, а исключительно лица, имевшие особый доступ к подобного рода документам по службе или своему высокому положению. И только в 1900 году стараниями общественного и государственного деятеля России Петра Михайловича фон Кауфмана (1857–1926) увидели свет следственные материалы по делу дуэли Пушкина с Дантесом. К слову, именно П.М. Кауфман, будучи министром народного просвещения, разработал и представил в Государственную думу проект о введении всеобщего начального образования.

«Подлинное военно-судное дело 1837 года» интересно само по себе с точки зрения истории отечественной юриспруденции, да и с познавательной тоже. Оно не только наглядно показывает уровень судопроизводства тех лет, но и представляет собой подлинный кладезь неизвестной доселе информации, связанной с поединками вообще и с январской дуэлью 1837 года в частности. И если кому-то представится случай когда-либо перелистать страницы этого уникального собрания документов и материалов, посоветовал бы мысленно склонить голову перед памятью человека, благодаря которому удалось это осуществить: Петра Михайловича фон Кауфмана…

* * *

…В тот же день, когда произошла дуэль, о поединке, в котором оказалось замешано двое офицеров, было доложено военному министру графу Чернышёву. Днём следующего дня министр сообщил о случившемся императору.

– Всех прикосновенных к дуэли лиц судить военным судом, – приказал Чернышёву царь.

– Будет исполнено, Ваше Величество! – вытянулся в струнку военный министр.

После аудиенции у Николая Чернышёв сразу поехал к себе. Указание императора не было случайным. Один из дуэлянтов, Жорж Дантес-Геккерен, являлся поручиком лейб-гвардии Конного полка; другой, секундант Пушкина Константин Данзас, – инженер-подполковником Санкт-Петербургской инженерной команды по строительной морской части. Поэтому оба за участие в поединке подлежали военному суду.

Царь Николай узнал о дуэли ещё раньше Чернышёва: люди Бенкендорфа оказались более оборотистыми. В тот вечер императрица Александра Фёдоровна запишет в дневнике: «Н. сказал о дуэли между Пушкиным и Дантесом, бросило в дрожь»…