Читаем Психоз полностью

— Каким образом могут служить эти перстни своим владельцам? Мунтолив сказал, что они объединяют нас… Но как ими можно пользоваться?

— Нечто подобное имело большинство известных английских семей. Такие перстни начали входить в моду в XV–XVI веках. Английские вельможи носили перстни с гравировкой своих инициалов…

Взяв руку Мэгги, он внимательно исследовал перстень.

— А знаешь, он достаточно красивый.

— Ненавижу его.

— В XVI веке, имея такой перстень, ты ходила бы с гордо поднятой головой. Это внешне непритязательное украшение означало богатство и власть.

— Мне это безразлично. Я хочу снять его, чтобы ничто больше не связывало меня с Мунтоливом. И еще — я очень хочу уехать отсюда.

Она выдернула свою руку из ладоней Пита и сунула ее под одеяло, чтобы не видеть перстень.

— А мне казалось, что тебе здесь нравится. Ты же сама говорила, что прекрасно себя здесь чувствуешь.

— Сейчас уже нет. Особенно после того, что произошло наверху. О Боже! Видел бы ты эту омерзительную, сморщенную руку! Какая гадость!

— Ты думаешь, что это был не Мунтолив?

Она покачала головой.

— Как могло с ним такое случиться? Сегодня утром мы видели его в добром здравии, а сейчас… Его руки была рукой совершенно больного человека, с длинными ногтями и дряблой кожей… Господи, у меня мурашки бегут по телу, когда я вспоминаю, как она держала меня за запястье.

— Постарайся не думать об этом.

Он наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Ты поспи, а я спущусь позвонить.

— Возвращайся быстрее, — прошептала она, закрывая глаза. — И не выключай, пожалуйста, свет.

Пит дождался, когда она уснет, задернул полог кровати и, выходя из комнаты, выключил свет. Комнату освещал лишь огонь камина.

В полутемном коридоре на третьем этаже, у двери комнаты Джейсона Мунтолива, Жак Грандье, держа медсестру за руку, настойчиво повторял:

— Но я должен знать! Почему он так быстро сдал? Еще месяц тому назад он как никогда выглядел здоровым и цветущим. А сейчас!.. О Господи! Я не могу даже узнать его!

Он хотел услышать ответ, хотя бы слово, хотя бы что-нибудь… Но Адамс с застывшим, как маска, лицом молча смотрела ему прямо в глаза. Он понимал, что она все знала: ничто не могло ускользнуть от Адамс в Равеншурсте, однако ему не удалось вырвать у нее ни слова. А так как Мунтолив был еще жив, он не мог ей ничем пригрозить. Все изменится после смерти Джейсона. Адамс будет первой его жертвой — Грандье поклялся себе в этом.

— Почему вы не хотите мне ничего сказать? — умоляющим голосом произнес он. — Это по меньшей мере глупо с вашей стороны, мы же давно знаем друг друга…

— Меня ждет работа, извините, — сказала она, высвобождая свою руку.

Но когда он сделал шаг в направлении комнаты, где лежал умирающий Мунтолив, она категорическим тоном остановила его:

— Вы не посмеете беспокоить его, не так ли?

Жак негодующе сверкнул глазами и пошел по коридору, что-то бормоча себе под нос.

Пит вошел в библиотеку, снял трубку телефона и набрал номер справочного бюро. «Все линии временно заняты», — услышал он записанный на магнитофонную ленту голос.

— Гадство! — зло сказал Пит и тут же снова набрал номер.

— Какие трудности, молодой человек?

Пит удивленно посмотрел туда, откуда раздался голос: оказывается, в библиотеке он не один. В противоположном углу комнаты седоволосый немец сидел и кресле, держа в руке книгу.

Пит снова услышал ответ автомата и положил трубку на рычаг.

— У вас проблемы? — снова спросил немец.

Он поднялся с кресла и медленно, с трудом переставляя негнущуюся ногу, подошел к Питу.

— Не могу дозвониться, — ответил Пит.

— Да, в эту пору года такое случается часто.

Карл сделал медленную затяжку.

— Много неприятностей приходится на эту пору года, — саркастическим тоном сказал Пит. — Не могут починить мой мотоцикл, потому что нет нужных запасных частей; нельзя взять машину напрокат, потому что еще не начался туристический сезон; нельзя дозвониться в справочное бюро…

— Что же вы хотите? Здесь нет того сервиса, к которому вы привыкли дома.

— Вы смеетесь надо мной? Мы находимся в графстве Кент, в Англии, а не в какой-то развивающейся стране…

Пит снова снял трубку и набрал номер. Ожидая ответа, он поднял глаза и машинально прошелся взглядом по картинам, висевшим на стенах. По ошеломленному выражению его лица Карл мгновенно понял, что Пит увидел портрет молодой женщины в темном платье. Она была поразительно похожа на Мэгги: те же большие черные глаза, те же высокие скулы, тот же рот и та же светлая кожа.

— Странно, не так ли? — заметил Карл.

Пит положил трубку и промолчал.

— Опять не повезло?

— Попробую дозвониться завтра утром, — сказал Пит, посмотрев на часы. — Сегодня уже поздно.

Он хотел спросить Карла, что тот знает о портрете, но передумал, решив, что излишняя информация может только навредить им, ему и Мэгги.

— А где мисс Уолш? — спросил Карл. — Легла спать?

— Она наверху, — уклончиво ответил Пит.

Он снял трубку, чтобы в последний раз попытать счастья. Надо во что бы то ни стало покинуть этот дом.

— Не желаете ли чего-нибудь выпить, молодой человек? — спросил Карл, в то время как Пит набирал номер. — Хотите коньяку?