Читаем Психонавигация полностью

Цветок, казалось, начал меняться. Он раскрылся и больше не выглядел увядающим. Белая кайма расширилась, а желтая расцветка стала ярче. Когда я вдохнул, то действительно почувствовал, как меня наполняет его энергия. Я не мог в это поверить и с трудом сдерживал радость. Теперь я мог воспринимать желтое сияние за белой каймой, прямо в воздухе вокруг цветка. Я видел энергию! Я был очень взволнован. У меня не было сомнений: цветок передавал мне энергию. Через некоторое время Хулио коснулся моего плеча и знаком пригласил следовать за ним.

Я был наполнен энергией, она была одновременно и физической, и духовной. Когда мы шли обратно к дому Хулио, я чувствовал необычайную бодрость. Самые крутые подъемы, преодолевая которые, раньше я всегда начинал задыхаться, теперь не представляли никакой сложности. Изменилось и мое сознание. Никогда еще мысли не были настолько ясными и отчетливыми. Я сказал об этом Хулио.

— Да, — ответил он. — Ты научился впитывать энергию природы. Это хорошо.

— Хулио, я много лет занимался медитацией, но никогда не переживал ничего подобного!

— Будь благодарен и не теряй это!

Я попытался продолжить расспросы, но он прижал палец к губам: «Вера, Джон. Вера и практика!»

Однажды вечером мы с Хулио наблюдали, как лучи заходящего солнца окрашивают ледяные покровы Каямби. Наш склон Пичинчи был обращен на восток, и мы были в тени, а солнце, отражаясь от Каямби, заливало нас розовым сиянием.

Хулио встал и посмотрел в сторону Каямби.

— Я уверен, что египтяне и персы были в состоянии изобрести механизмы для сбора пшеницы. У майя была настолько развита математика, что они вполне могли строить машины, способные заменить многих рабочих. Можно ли поверить в то, что инки, нация воинов, не могли изобрести лучшего оружия, чем палицы и пращи?

— К чему ты клонишь, Хулио?

— Они намеренно отказались от подобных изобретений. Видишь ли, все они в первую очередь заботились о природе. Именно этим они отличаются от нас. Вместо того чтобы вынашивать планы покорения Земли, они старались жить в гармонии с ней. Они были ориентированы исключительно на духовное. Им и в голову не могла прийти мысль о чем-то настолько же разрушительном, как электрический генератор или атомная бомба.

— Ты веришь, что они действительно решили ничего не изобретать?

— Да. Если не на сознательном уровне, то, по крайней мере, на уровне коллективного бессознательного. Я интересуюсь Индонезией еще и потому, что вижу сходство между ее народом и андскими индейцами. Несмотря на усилия, предпринимаемые для механизации земледельческого хозяйства на Яве, жители этого острова до сих пор предпочитают работать своими руками. Я слышал, что американские и европейские тракторные компании пытались убедить индонезийских крестьян сменить их буйволов на небольшие машины, работающие на дизельном топливе, но крестьяне не согласились. Попытки заставить кечуа объединиться в кооперативы и взять в аренду машины, чтобы распахать огромные поля, снова и снова терпят неудачу. Кечуа предпочитают работать своими руками в кругу семьи. Они возделывают небольшие террасы на горных склонах так же, как это делали их предки во времена империи инков. Для яванцев, кечуа и многих других природа — это все. Они знают то, что знали египтяне, греки и персы: без земли, воды и воздуха нет ничего. Даже если человек, уничтожив природу, каким-то образом сможет выжить, его жизнь все равно потеряет смысл.

— Ты говоришь в точности как дон Хосе Куишпе и Були.

Мы свернули за угол, подошли к месту, где деревья расступались, открывая взору три величественных пика. Одна вершина была покрыта снегом, две другие терялись в облаках. Хулио остановился и повернулся ко мне.

— Посмотри на них. Кажется, что каждый пик стоит сам по себе, но если посмотришь на их основания, то все поймешь. Их соединяет Земля, — сказал он, широко разведя руки. — Все горы в мире связаны, как и все живое. Лаву, извергающуюся из Кракатау в Индонезии, воспламеняет тот же огонь, что горит внутри Пичинчи. Их жар имеет один источник, неисчерпаемую энергию внутри Земли.

Мы стояли рядом, смотря через долину на три вулкана. Облака пришли в движение, и мы видели, как за третьей вершиной возникают новые облака.

— Близится буря, — сказал Хулио, повернувшись ко мне. — На этой вершине к утру будет еще больше снега. — Люди как горы, мы все связаны с Матерью-Землей. Хотя кажемся отдельными существами, у нас есть нечто общее. Кто-то называет это «душой», кто-то — «духом». У всех нас есть общий источник энергии, подобный центру Земли, единый источник знания. Юнг называл этот источник «коллективным бессознательным». Пойдем. Я кое-что тебе покажу.

Хулио зашагал к своей хижине. Я взглянул на горы в сгущающихся сумерках. Все три вершины были окутаны темными тучами. Хулио был прав, по крайней мере, в одном: к утру снега на вершинах станет значительно больше.