Читаем Пруд гиппопотамов полностью

Моей целью была комната, из которой я вошла в дом, и образ этой невзрачной комнатушки парил перед моими напряжёнными глазами со всей привлекательностью Рая. Если бы мы могли беспрепятственно добраться до неё, то оказались бы в безопасности. Звуки с первого этажа стали громче и веселее; бандиты, должно быть, праздновали что-то своё. Я искренне надеялась, что они получают от этого удовольствие. Если кто-то из них устанет от вечеринки и решит пойти поспать... Я обратилась с краткой молитвой к Силе, управляющей нашими судьбами, но боюсь, что мольба больше походила на приказ: «Удержи их внизу!»

Мы были уже в конце пути по коридору, когда желанная дверь, находившаяся всего в десяти футах, открылась. Наверно, я бы закричала, если бы у меня хватило дыхания. Давид, опередив меня, бросил ноги Рамзеса и потянулся к ножу, который воткнул за пояс широких подштанников – единственной оставшейся одежды.

С лестничной клетки пробилось достаточно света, чтобы спасти шкуру Уолтера. Давид не мог узнать лицо, но европейские сапоги и штаны вовремя предупредили его. Он вновь засунул нож за пояс, и Уолтер подхватил Рамзеса.

– Они идут, – сказал он. – Скорее.

Мы так и не узнали, что вызвало подозрения у мужчин внизу – стук пяток Рамзеса по полу или какой-то звук снаружи? Во всяком случае, этот фактор предупредил, но не встревожил их, потому что они шли медленно, и я слышала, как кто-то шутит, что слышит афритов.

Эвелина ждала за дверью; она закрыла её, как только мы все оказались внутри.

– Как... – начала я.

– Займитесь дверью, – перебил Уолтер. – Заприте её и забаррикадируйте мебелью. – Неся Рамзеса, он вышел на балкон.

Эвелина вернула засов на место; он был хрупким – простой навесной доской – но какое-то время мог продержаться. Я оставила её с Давидом передвигать мебель и последовала за Уолтером.

Он наклонился над краем балкона, и я успела увидеть, как он бросил Рамзеса в поднятые руки Дауда.

– Теперь ты, ситт, – крикнул Дауд.

Я бы рискнула, если бы была одна, но времени у нас не осталось. Враги обнаружили нас; они кричали и стучали в дверь комнаты. Рано или поздно одному из них придёт в голову, что балкон – наше единственное средство спасения.

Уолтер побежал внутрь, и я крикнула Дауду:

– Нет, уже слишком поздно. Беги! Доставь Рамзеса в безопасное место и приведи помощь. Торопись, пока они не вышли из дома!

И тут же услышала стук цепей и скрип засовов на входной двери. Дауд стоял, уставившись на меня.

Я назвала его худшим арабским прозвищем, которое знала. Общаясь с Рамзесом и Эмерсоном, я довольно солидно пополнила словарный запас. Дауд подпрыгнул, как будто я ударила его, и побежал с Рамзесом, перекинутым через плечо. Они ещё не успели скрыться, когда – как я боялась и ожидала – открылась входная дверь. Один из головорезов вырвался с пистолетом в руке и бросился вслед за ними.

Я выстрелила ему в спину. Неспортивно, но альтернатива была неизмеримо менее приемлемой. Он упал, выронив пистолет, но я знала, что не убила его, потому что он вопил, не переставая. Наконец кто-то втянул его обратно внутрь. Я не хотела больше тратить пули, поэтому взяла горшок (сильно пахнувший остатками чьего-то обеда), и когда дверь снова открылась и появилась другая голова, уронила этот горшок на неё.

– Это должно их ненадолго задержать, – выпалила я, возвращаясь к своим спутникам. – Но боюсь, что выход сейчас недоступен. Они могут поймать нас, выскочив из входной двери. Что у нас здесь?

Ответ был прямо перед глазами, и весьма обескураживающий. Дверь сотрясалась под сильными ударами; должно быть, они превратили в таран какой-то тяжёлый предмет. У дверей навалили всё, что находилось в комнате, но мебель была хрупкой, и надолго её бы не хватило, так что двери в скором времени предстояло открыться.

– Они ушли? – выдохнула Эвелина.

Правдивым ответом стало бы: «Надеюсь», но следовало с уверенностью предположить, что моральный дух моих товарищей нуждался в подбадривании.

– Да, – твёрдо ответила я. – Сможем ли мы задержать этих типов, пока не прибудет помощь?

– О, конечно, если она прибудет в течение следующих пяти минут, – с невероятным сарказмом заметил Уолтер. – Припоминаю, как ты говорила Дауду, что ему надо бежать к Вандергельту, если мы не вернёмся.

Я надеялась, что он этого не вспомнит, и ещё больше – что не вспомнит Дауд. У меня не оставалось времени дать ему точные инструкции.

– Чепуха, – фыркнула я. – У него хватит здравого смысла не бежать за тридевять земель, а поискать помощь поближе.

– Уверена, что кто-нибудь из соседей вызовет полицию, – заявила Эвелина.

Уолтер, и без того крайне раздражённый, не удержался бы от очередного саркастического замечания, если бы я незаметно не пнула его.

– Да, конечно, – согласилась я. – Но надо посмотреть, чем мы располагаем из оружия на случай… э-э… на всякий случай.

Одна из железных лежанок с грохотом упала. Дверь дрожала, как в лихорадке.

– У Давида есть свой нож, – крикнула я. – У меня есть нож и пистолет. Уолтер, тебе лучше взять мой пистолет.