Читаем Провидец Энгельгардт полностью

– Что ж, что посохло?.. Яровым теперь дождь много пользы не сделает. Яровое пропало – и говорить нечего, а вы ещё просите, чтоб и ржи не было. Без ярового еще пробиться можно, а как ржи не будет, тогда что? Видал, как баба-бобылка пятак подаёт, чтоб и её коровку-буренку помянули, чтобы и на её грядку с бурачками дождичек прошёл. Бурачки, видишь, у неё засохли, лень сходить за водой, да полить… об том, дура, и не думает, что рожь цветёт, что как обобьёт дождем цвет, да будет неурожай, да подымется рожь до 15 рублей за куль, так она же сама будет в будущем году жать за два рубля десятину, лишь бы кто вызволил, дал вперёд денег зимой или весною.

– Это точно, необразование…

– А вы бы внушали. Сам Христос учил, что Отец Небесный лучше нас знает, что нам нужно. И мужики говорят: Бог старый хозяин, Бог лучше нас знает, что к чему. А чуть только засуха – просят дождика!.. А может, оно так и нужно. Чем бы внушать, вам бы только пятаки собирать, да яйца. Вам же ведь урожай лучше, вам же лучше, если народ богаче, зажиточнее – за одно поминовенье что наберёте!

– Оно точно…

– Вы не помещик, не чиновник. Вам выгодно, когда урожай, когда хлеб дёшев, когда мужик благоденствует. Это барину-помещику выгодно, когда хлеб дорог, а мужик бедствует и дёшев, потому что помещик хлеб продает, а мужика покупает. Это чиновнику выгодно, когда хлеб дорог, потому что чиновник хлеба ест всего крошку, а больше все мясцом пропитывается… Вам, нонам, выгоднее, когда мужик богат, зажиточен, благоденствует!

– Конечно».

Но зато что делало русских крестьян действительно православными христианами, так это три черты. Во-первых, их смирение и покорность воле Божией. Энгельгардт рассказывает много случаев, когда он ужасался по поводу какой-нибудь беды, свалившейся на хозяйство, и пытался принять меры, чтобы поправить положение, на что крестьяне-дворовые ему советовали не суетиться и полагаться на волю Божию. Так, на лён напала какая-то блоха, личинки которой поедали молодые побеги. Энгельгардт намеревался либо применить какие-нибудь препараты для защиты растений или, на худой конец, пересеять лён. Он говорит своему первому помощнику и старосте Ивану:

«– Пропадает наш лён.

– Господня воля…»

Но вдруг пошел дождь – и смыл блоху, лён быстро стал подниматься, и Иван говорит барину:

«– А вы отсевать хотели, против Бога думали идти, поправлять хотели. Нет, барин, воля Божья: коли Бог уродит, так хорошо, а не уродит – ничего не поделаешь… Всё воля Божья… Вот и нынешний год – ведь думали, все помрем с голоду, а вот живы, новь едим и водочку с нови пьем… Бог не без милости…»

Вот крестьянка Панфилиха везёт овёс:

«– По осьмине на двор выдали, скот кормить нечем.

– Что же так, сена нет?

– Какое сено – соломы нет, последнюю с крыш дотравливаем. Посыпать было нечем, вот, слава Богу, по осьмине на душу что наибеднейшим дали.

– Плохо дело, а ведь не скоро еще скот в поле пустим!