Читаем Противостояние полностью

– Не литра, а литература, – поправила ее родительница. – Что Ромаш… – осеклась она и тут же исправилась: – Что Татьяна Романовна задала?

«Эта та, которая меня постоянно поправляет, – мысленно ухмыльнулась Пулька и подумала: – Как хорошо, что она не умеет читать мои мысли».

– Да что, – фыркнула девчонка, – как обычно, стих наизусть.

– Что в этот раз? – не унималась родительница.

– «Есть женщины…», – не договорила Пулька.

– Ясно, Некрасов, – перебила ее мама, – ничего не меняется в школьном образовании. Я его учила, твоя бабушка и прабабушка тоже. Интересно, через сто лет тоже будут учить?

– Наверное, и через двести, – хмыкнула девчонка, – я вот не понимаю, неужели нет современных авторов?

– Как это нет? – сказала родительница. – Конечно есть. Только дело в том, что Некрасов, как и Толстой, Чехов, Тургенев, это классика. А те, кто пишет программу школьного образования, видимо, считают, что без них воспитать ребенка невозможно. Надеюсь, ты выучила стихотворение?

– Мам. – Девчонка с упреком посмотрела на нее.

– Ну хорошо, хорошо, – улыбнулась та, – я тебе верю. Ладно, давай доедай и беги, а то опять придешь в школу туфелька в туфельку.

Мать в очередной раз вспомнила любимое выражение Татьяны Романовны, и они дружно рассмеялись. Пулька слопала сырники, убрала за собой посуду и пошла одеваться.

По дороге она снова включила мыслительный процесс, усиленно пытаясь придумать добрый поступок для носителя. Но в этот раз думать долго не пришлось. Решение пришло само собой, как, впрочем, и накануне, вот только девчонка не сразу поняла, что это оно. Уже подходя к школе, она вдруг услышала писк. Первой мыслью было – котенок. Пулька остановилась и, прислушиваясь, стала искать источник звука. Оказалось, что он доносится из-под кустов, что росли вдоль забора на школьной территории. Она сорвалась с места и рванула туда, а когда забежала в калитку, краем глаза заметила чуть в стороне от входа в здание своих одноклассников и Петьку среди них. Судя по тому, как они громко гоготали и что-то бурно обсуждали, нетрудно было догадаться, что вчерашний поход в парк прошел весело. Не обращая на них внимания, девчонка помчалась к кустам и в этот момент услышала вслед голос Петровича:

– Лексевна, ты куда?

– Романова, вход здесь, – вторил ему Соловейчик.

«А то я не знаю», – ухмыльнулась Пулька.

Она думала, что они ее не видели, но не тут-то было. Разве можно пройти незамеченной мимо соседа по парте. Ей иногда казалось, что он увидит ее даже с закрытыми глазами. Она невольно вспомнила, как Вика Зуева однажды сказала ей: «Пулька, мне кажется, он в тебя влюблен», на что та ответила: «Да ерунда это. Просто мы хорошие друзья». Она и правда так считала. В то время, когда он еще заикался, Пульхерия была единственным человеком, кто не избегал его общества. Но и после того, как Степа избавил его от этого недуга, их отношения не изменились. «Так что никакая это не любовь», – подумала она и прежде, чем скрыться за углом здания, снова услышала его голос:

– Пулька, ты куда?

Девчонка не стала ничего отвечать и рванула к кустам, откуда по-прежнему доносился писк. Каково же было ее удивление, когда, заглянув под ветки, она обнаружила там маленького лохматого и грязного щенка. Глядя на него, сердце болезненно сжалось.

– Малыш, – Пулька присела рядом, – ты как тут оказался?

Он тотчас смолк и, смешно наклонив голову, уставился на нее черными бусинками глаз. Несмотря на его замызганный вид, он оказался очень милым. Его шерстка была черного цвета, и только на груди красовалась белая манишка, а на лапках такие же носочки. Одно ухо висело, а другое озорно торчало вверх. Недолго думая и напрочь позабыв про школьную форму, она сгребла его в охапку и прижала к себе, а тот положил голову ей на грудь и шумно вздохнул, как будто говоря: «Ну наконец-то я тебя нашел».

– Какой ты хорошенький, – поглаживая его, пробормотала девчонка. За знакомством она не обратила внимания, как к ней подошли одноклассники, и только когда вновь услышала голос Петьки, увидела их.

– Лексевна, это что за собачонок?

– Не знаю, – она пожала плечами и кивнула на убежище найденыша, – я нашла его здесь.

– А как он там оказался? – спросил Соловейчик.

– То же самое я могу у тебя спросить, – хмыкнула Пулька.

– Да как? – вмешалась в разговор Вика Зуева. – Небось, кто-то подбросил.

– Какой милашка, – погладив щенка по голове, сказала Даша Камышова.

Она хотела забрать его у Пульки, но тот, как зарычит. В его исполнении это выглядело настолько смешно, что подростки прыснули со смеху.

– Ты смотри, какой грозный пес. – Даша потрепала его за ухо и спросила: – и что теперь с тобой делать? Мы же не можем бросить тебя на улице.

Тот, словно понял, что она обращается к нему, и звонко тявкнул, заставив пятиклашек снова рассмеяться.

– Надо найти ему хозяина, – предположила Маша Пичейкина. – Я бы забрала его себе, но у меня уже есть собака. Моя мама одну еле терпит, а если я еще одного принесу, она выгонит меня из дома.

– А у меня старики не любят собак, – сказал Вовка, – поэтому у нас два кота.