Читаем Против течения. Избранное полностью

…И память, что древнее глаз твоих(глаз дорогих, заплаканных и вечных),мне воскресит и свет, стоявший в них,и шорох в складках траурных оплечий,и многоцветный шерстяной базар,и россыпь звёзд по белым плоским крышам;напомнит мне дневной пустыни жари холод ночи на песке остывшем.Я помню всё: и тёмный гнев толпы,и страх в глазах нечаянной блудницы.Но – Кто из вас, —Он скажет, —без греха…И у Святыни искупительной Крестав час торжества и муки не они лиЕму сияли – в е ч н ы е глаза…И милосердья редкий дар впустуюрастратишь ты, не обретя л ю д е й.И в дни стыда узнаешь муку злуюбольной беседы с памятью своей. —Одежды белые тебя позвали,слезой омылась и – душой чиста —на зов уходишь, зная без печали,как за спиной клубится пустотавсех прошлых дней (ни пожалеть, ни вспомнить,ни воротиться в клятое жильё).Твоя молитва – лепет губ сыновних,его глаза – прощение твоё.

1987

«Не дай мне Бог в твоих ночных глазах…»

Не дай мне Бог в твоих ночных глазахпрозреть однажды тайну и томленье.Когда душа замрёт в оцепененье,а в дом войдут предательство и страхстопами тихими…Я не того боюсь,что мой позор замечен и ославлендругими будет; не того боюсь,что свяжут имя доброе с бесславьемв худых словах…Что в них? Ещё однаморщина лишняя да правота сознаньяили, верней, сознанье правотысвоих же давних слов о чувстве стадаи стадных чувствах.Не того боюсь.Страшна тоска бессонная, глухая,в которой мысли отдыха не знают,и не поднять глаза, и некуда пойти, —её лишь смерть забвением излечит(другой – в е л и к и й – муж знаком был с нею, —и стал под пистолет); тоска глухаястрашна, – не дай мне Богзнакомства с нею.Как страшно в одиночестве земномпоследней веры в верное лишиться,слов правды ждать – и этих слов страшиться, —в единый миг покой, и честь, и дом —в с ё п о т е р я в.

1987

«Пустышка, хищница, притворщица по-женски…»

Пустышка, хищница, притворщица по-женскиклянётся вечностью… На вечер ли, на час ли?Лови жураву в небе, жди блаженства —напрасны хлопоты! И ты не будешь счастлив.Очнёшься: жизнь прошла темно и пошло.Но так светло сияют именавозлюбленных, – с кем потерялся в прошлом,с кем не испил супружества до дна.

1998

«Так долго болен, что ни сна, ни сил…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее