Читаем Против нее полностью

— Мы можем пригласить вас в участок и в это время обыскать вашу квартиру, — заметил Мэтт. Он искренне сочувствовал Кенни. Однако сфальсифицированные обвинения были не только поводом для сочувствия, но и мотивом для подозрения в убийстве. Бри остановилась у лестницы, ведущей в квартиру Кенни.

— Мы даём вам выбор. Где вы хотите поговорить?

— Ладно, давайте тут, — Кенни начал подниматься по ступенькам. — Сраные копы, — поднявшись, он отошёл в сторону и кивнул. — Вам придётся открыть дверь.

Бри открыла её и вошла, Кенни и Мэтт последовали за ней. Их глазам предстала квартира-студия меньше, чем гостиничный номер. Аккуратная стопка простыней была сложена на подлокотнике футона, напротив стоял на полу маленький телевизор. Не было ни стола, ни стульев. Мини-кухня состояла из раковины, мини-холодильника и узкой электрической плиты, разделённых рабочей поверхностью в полтора метра. Сквозь открытую дверь в другом конце комнаты Мэтт разглядел раковину на подставке, унитаз и душевую кабину размером с телефонную будку. Кенни остановился посреди гостиной.

— Я не скажу ни слова, пока вы не включите запись. Не хватало только, чтобы вы приписали мне чего-нибудь.

За всю свою практику Мэтт впервые столкнулся с требованием записать допрос. Бри достала телефон, постучала по экрану и положила его на деревянный подлокотник футона.

— Окей. Запись началась.

Кенни, казалось, чуть расслабился.

— Вы живёте один? — спросил Мэтт. Кенни хмыкнул.

— Ты серьёзно? Думаешь, сюда ещё кто-то влезет? Мне-то едва хватает места. Не то чтобы я жалуюсь на миссис Вейр. Я ценю всё, что она для меня сделала.

Мэтт видел жилища и похуже.

— Многие преступники живут в ночлежках, так что это неплохой вариант.

— Неплохой вариант? — Кенни поджал губы. Его лицо покраснело, как будто у него поднялось кровяное давление. — Я попал в тюрьму по ложному обвинению. Я никогда не принимал наркотики. Я никогда никого не бил. Они всё сфабриковали. Это была подстава. Я был невиновен, — он тяжело вздохнул. — Можете снять с меня наручники?

— А вы не сбежите? — спросила Бри.

Кенни закатил глаза, глядя на Мэтта.

— Какой смысл? Здесь мне не протиснуться мимо Геракла.

Мэтт очертил рукой круг в воздухе.

— Я понимаю, что ваш опыт общения с правоохранительными органами был не очень положительным, но шериф Таггерт будет справедлива.

Кенни повернулся, и Мэтт снял с него наручники.

— Почему вы пытались от нас убежать? — спросила Бри. Кенни потёр запястья.

— Потому что, когда я не пытался, меня подставили за преступление, которого я не совершал, и посадили в тюрьму.

Бри с пониманием кивнула.

— Вы оказали сопротивление при аресте?

— Нет, — Кенни покраснел. — Ну то есть я злился и кричал, а кто бы не кричал на моём месте? Мне в машину подбросили пакет с наркотой. Но я никого из них не бил и не толкал.

— Если это правда, то мы вам очень сочувствуем, — сказала Бри. — Но у нас ещё много дел. Нам всем будет легче, если вы будете сотрудничать.

— Ну понятно, — Кенни фыркнул. — Раз уж копы кого схватили, спастись ему не удастся. Я понял это на собственном горьком опыте, — он провёл рукой по лысой голове. — Но кое в чём мне повезло. Люди были на моей стороне. Мой работодатель поверил мне с самого начала. Когда я вышел, он сразу же позволил мне вернуться на работу, — он указал на окно. — Моя квартирная хозяйка — давняя подруга моей мамы. Она тоже понимает, что я не виноват. Это место так себе, но оно уж лучше, чем ночлежка, полная бывших заключённых. К тому же она берёт с меня ровно столько, чтобы покрыть счёт за электричество. Не будь ей нужен доход, она бы совсем ничего не брала. Мне нужно скопить денег, прежде чем я смогу приобрести жильё получше, — он печально прищурился. — Раньше у меня был хороший маленький дом. Не самый шикарный, зато свой собственный.

— Разве комиссия по условно-досрочному освобождению не заставила вас признать свою вину? — спросила Бри.

— Вся эта система — один большой обман, — Кенни скрестил руки на груди. — Я сказал бы что угодно, лишь бы выйти из тюрьмы. Поверьте мне, вы бы тоже.

Мэтт в этом не сомневался. Тем, кто вынужден выживать, не до гордыни.

— Зачем помощникам шерифа было фальсифицировать обвинения против вас?

— Я не знаю, — Кенни потёр затылок. — Я никогда не мог этого понять.

— Если они вас подставили, то приложили немало усилий, чтобы это сделать, — заметил Мэтт.

— Да, верно, — согласился Кенни. — Почему они это сделали? Я не знал никого из них.

— Они разрушили вашу жизнь, — сказала Бри. — У вас есть все основания на них злиться.

Очевидно, Кенни не просиял, но всё-таки в конце концов спросил:

— Почему вы здесь?

— Потому что один из тех помощников, — Бри сделала паузу, чтобы выдержать эффект, — Оскар, был жестоко убит.

— Вот дерьмо, — Кенни побледнел.

— Вы этого не знали? — спросил Мэтт.

— Откуда мне было знать? — Кенни чуть повысил голос.

— Из новостей, например, — предположил Мэтт.

— У меня нет времени смотреть новости, — глаза Кенни метались, как будто его мысли играли в догонялки. — Когда его убили?

Бри сказала:

— Где-то в промежутке с восьми вечера воскресенья до восьми утра понедельника.