Читаем Против лома нет приема полностью

Все эти нюансы, конечно, можно было бы долго обсасывать, но наиболее животрепещущим вопросом, конечно, являлось то, что предпримут Магомад и племянницы, обнаружив на своей новой дачке таких хорошо знакомых граждан, как Таран и Полина.

Вообще-то особых иллюзий насчет того, что Магомад будет в восторге и проявит гостеприимство, зарезав жирного молодого барашка, доставленного спецрейсом, допустим, из Махачкалы, Таран не питал. В конце концов, Магомад с племянницами ни Юрку, ни Полину на шашлык не приглашали. Гораздо более вероятным с их стороны было бы решение зарезать этих непрошеных гостей, а заодно и Василису.

Но это решение, хоть и было весьма вероятным, являлось вовсе не единственным. Ведь Юрка был как-никак одним из бойцов Птицына. А с Генрихом, надо полагать, Магомад, после того как вышел из кайфа, смог познакомиться и теперь гулял на свободе только потому, что сумел найти с ним общий язык. Конечно, где-нибудь в родных горах Магомад мог бы проигнорировать это старое знакомство — вряд ли они с Птицеловом побратались и объявили друг друга кунаками. Случись дело в родной области Тарана — наоборот. Юрка мог бы почти ничего не бояться. Можно было бы не сомневаться, что Магомад тут же известил бы Птицына о том, что у него гостят Юноша и девушка, с которыми ему доводилось встречаться зимой, и он готов их вернуть дорогому Генриху Михайловичу немедленно и без всякого выкупа. Но здесь была Московская область. То есть территория формально нейтральная, но все же ближе стоящая к Птицыну. И поэтому Магомад скорее всего не стал бы принимать каких-либо поспешных решений. То есть он не поторопился бы отправить Юрку к Аллаху, но и не ухватился бы за телефон, чтобы позвонить Генриху и сообщить ему о появлении Тарана на своей благоприобретенной даче. Тарану представлялось, что Магомад верней всего как следует прощупал бы обстановку, побеседовал бы с Юркой за жизнь, выяснил у близлежащей братвы что почем, а уж потом выбрал, кого резать: барашка на шашлык или Тарана.

Так или иначе, очной встречи с Магомадом Тарану не хотелось, и он надеялся, что Василиса не подведет.

Тем временем новый босс уже осматривал первый этаж теремка. Голоса сюда, в «номер», почти не долетали, каких-либо членораздельных слов, во всяком случае, расслышать не удавалось. Но кое-какой легкий шум слышался, должно быть, новый владелец придирчиво изучал свою собственность. Вполне возможно, что он уже отдавал какие-нибудь распоряжения по перестройке этого банно-прачечного комплекса.

Конечно, Юрка мечтал о том, чтоб Магомад на второй этаж не поднимался, а направился, допустим, на стройплощадку «главного корпуса», дабы оценить состояние «незавершенки». В конце концов, банный терем был лишь вспомогательным объектом, и, хотя второй этаж был вполне пригоден для жилья, такой солидный человек вряд ли счел бы достойным себя поселиться в таком месте. Во всяком случае, так казалось Тарану.

Но Магомад был человеком обстоятельным. Он пожелал осмотреть в теремке все досконально и направился на второй этаж. Теперь голоса стали слышаться все отчетливей, а шаги по коридору — явно приближаться к той двери, за которой притаились Юрка и Полина. Последняя сидела в кресле ни жива ни мертва, явно боясь сделать лишний вдох или выдох. Таран держал наготове пистолет, хотя прекрасно понимал, что с восемью патронами против десятка, а то и больше «стволов», которые могли оказаться у телохранителей Магомада, ему мало что светит.

Характер звуков, долетавших из коридора, не оставлял сомнений: новый владетель заставлял Василису отпирать все двери подряд и показывать, что за ними находится.

А это значило, что они непременно войдут и сюда. Причем, как понял Юрка из подслушанного, сперва в каждый из номеров входили охранники, проверяя, нет ли каких неприятных сюпризов для своего хозяина, и только потом — сам Магомад. Из этого Таран сделал очень неприятный вывод.

Охранников Магомада в отличие от их хозяина он не знал. Судя по акценту, все они были земляками почтенного аксакала, то есть, заметив посторонних людей, могли сразу открыть огонь на поражение. И были бы правы, ибо при наличии у Тарана «пушки» в руках даже суд присяжных признал бы применение оружия правомерным и не нашел бы оснований усмотреть в этом превышения пределов необходимой обороны. А уж нормальный суд из трех человек, да еще соответствующим образом «подготовленный», — тем более. Может быть, Магомад и был бы потом недоволен поспешностью своих бодигардов, и даже наказал бы их лишением четырнадцатой зарплаты, но Тарану от этого легче не стало бы.

Конечно, можно было рискнуть, вышибить окно и сигануть со второго этажа, а там, воспользовавшись внезапностью, как-нибудь смыться за забор. Но, поглядев в окно, Юрка понял, что этот вариант приведет лишь к тому, что его застрелят несколько раньше. Внизу, у машин, осталось трое телохранителей плюс два шофера, которые наверняка тоже были вооружены. Кроме того, представлялся хороший шанс поломать себе ноги, приземляясь метров с четырех на асфальт.