Затея с гаражом больницы была рискованной, но могла принести плоды. С одной стороны, она открывала больше возможностей, чем дом Родни Бовы; с другой стороны, там были установлены камеры видеонаблюдения. Адам решил эту проблему самым простым способом: позаимствовал куртку, кепку и ключи от машины в доме Бовы. Более того, у Бовы имелся старый бейджик с его фотографией. Срок действия его закончился, но Адам сомневался, что форма бейджика с тех пор сильно изменилась. Он был гораздо выше Бовы, но если опустить голову, надвинуть кепку на глаза и держаться уверенно, подмену не заметят — по крайней мере, на видеозаписи.

Адам оставил машину в девяти кварталах от больницы, подальше от видеокамер, и вошел на территорию больницы, опустив голову и стараясь не подставлять лицо под объективы. Внутри он нашел комнату отдыха, где наблюдение точно не велось, и выдержал паузу в целый час, чтобы на записях прошло достаточно времени после его прихода. Все это не обманет усердного следователя, но маловероятно, что полицейский детектив купится на историю «мне это подбросили», рассказанную парнем с таким криминальным прошлым, и начнет всерьез рассматривать этот вариант.

Адам быстрым шагом прошел в гараж по крытой галерее и оказался в плохо освещенном помещении; затем он поднялся на второй этаж, где Бова вчера оставлял свою машину. «Форд Ф150» был на месте. Адам разблокировал его с помощью запасных ключей Бовы, рукой в резиновой перчатке открыл дверцу и положил флаконы с оксиконтином в бардачок, затем достал из кармана револьвер «кольт» калибра.38. Трофей от одного из подопечных — Адам отобрал его, когда парень начал угрожать ему пистолетом, но потом передумал. Серийный номер был сбит, и револьвер, по всей видимости, много раз менял хозяев. Сегодня он был заряжен и тщательно протерт от отпечатков пальцев. Адам сунул оружие в бардачок и закрыл машину.

Через две минуты он вышел из гаража, а в десять часов уже был в доме у Бовы, где вернул куртку, кепку и ключи от машины на свои места.

Через два часа Родни Бова решил пообедать. Адам, припарковавший машину так, чтобы видеть больницу, последовал за ним до «Бургер кинг». Затем позвонил в полицию, воспользовавшись одноразовым сотовым телефоном — «бёрнером», как называли эту штуку его подопечные, парни, не желавшие, чтобы их нашли по номеру мобильника, — и сообщил местоположение и номерной знак машины, прибавив, что водитель, вероятно, неадекватен и вооружен.

— Я звоню потому, что он выглядел как псих, а в руке держал пистолет. — Адам говорил фальцетом, прикрыв телефон полотенцем, что достаточно надежно искажало голос. — Направил эту штуку прямо на меня, и я подумал, что он выстрелит.

Разумеется, его попросили назвать свое имя.

— Нет, — сказал он. — Ни за что. Ни за что. Этот парень наставил на меня пушку, как вы не понимаете? Я не хочу быть в этом замешан. Не хочу, чтобы он явился ко мне домой, угрожал моей жене, моим детям — откуда мне знать, на что он способен? Просто остановите его, и вы убедитесь, что я не лгу. Через пять секунд он выйдет из «Бургер кинг» на Линкольн-авеню, так что поторопитесь. Парень пьяный или обдолбанный, и он размахивает пистолетом. Сделайте же что-нибудь.

Он отключил телефон. Адвокат защиты зацепится за этот анонимный звонок, но Адаму было плевать, что произойдет в суде, — ему требовалась лишь убедительная причина для обыска автомобиля.

Когда «Форд Ф150» выехал с парковки у «Бургер кинг», Адам поехал навстречу по Линкольн-авеню, затем свернул налево и последовал за машиной Бовы по параллельной улице. Примерно через милю в просветах между домами увидел проблесковые маяки полиции.

Потом он сделал еще один звонок, на этот раз со своего телефона. Набрал номер тюрьмы округа Чамберс и попросил позвать одного из регистраторов, которого знал лучше, чем остальных, — за небольшие комиссионные парень регулярно подкидывал дела фирме «АО Поручительство под залог».

— Я только что слушал радиопереговоры дорожной полиции, — сказал Адам. — Скоро к вам привезут парня. Хранение наркотиков и, возможно, оружия. Лакомый кусочек. Мне он нужен. Понимаешь?

— Да.

— Штука баксов наличными сегодня вечером, если ты сможешь отправить его ко мне. Он мне нужен. А если сегодня кто-то поднимет ставки, я увеличу сумму. Только не называй моего имени, когда будешь давать рекомендацию. Просто предложи «АО Поручительство под залог».

— Штука баксов?.. Черт, Адам, считай, что он у тебя в кармане.

— Спасибо, — сказал детектив, отключился и поехал в офис. Челси сидела за столом.

— Джерри Норрис уже вернулся в тюрьму?

— Нет, — ответил Адам. — Но на сегодня с меня хватит. Звонки были?

Челси нахмурилась.

— Нет. Сегодня тихо.

— Может, все еще впереди, — сказал он.

20

Родни Бова позвонил из тюрьмы округа Чамберс только в половине четвертого — ему требовались залог и свобода. Адам слушал, как Челси объясняет ему основные пункты договора и обещает приехать в тюрьму через пятнадцать минут, чтобы оформить освобождение под залог.