Читаем Пророчество Сингамара полностью

– Эти ребята не зря носят с собой эти мешки с камнями. Для них это что-то вроде щебенки, а для нас это огромные валуны. Такими при должном усилии неплохо обстреливать стены, как считаешь?

– Еще как, – согласилась волшебница. – Даже мои огненные шары не принесут такого результата, как швыряние камней этими исполинами.

Внезапно девушка померкла:

– У тебя есть план, Пронт? Вдруг их будет слишком много, вдруг мы потеряем все войско под стенами этого города, если не сгинем сами?

– Не думай о плохом, Юнора. Не буди лихо, пока оно тихо. Сейчас вернется наш большой друг, и мы что-нибудь придумаем.

– Я надеюсь на твою голову, Пронт. Хоть Снатог и более сведущ в военных делах, но он дуб дубом… И ты человечнее, что еще важнее. Не дай нашим людям сложить здесь головы. Иначе нам и всей Хотин придет…

– А вот и мы! – ворвался в круг света Снатог, за его спиной удивительно тихо передвигался исполин, весящий не меньше тридцати пудов[5].

– Вызывал, Твое Высочество? – великан почти бесшумно присел у костра, все еще втрое возвышаясь над людьми.

Маршин, так звали этого, смышленого с виду, исполина. Несмотря на грубость и некоторую фамильярность в разговоре со старшими по статусу, парень был на удивление дружелюбным. Из тех, кто за хороших друзей пойдет и в огонь и в воду. Огромный, превосходящий ростом всех великанов. С длинными волосами древесного цвета, толщиной с мизинец каждый. Его было легко заметить в отряде великанов.

– Вызывал, Маршин. Я все хотел спросить, зачем вы таскаете с собой мешки с камнями? Это ваше оружие?

– Именно так, Твое Высочество. Мы охотимся с этими камнями. Они не тяжелые, такие бросаем на сто пятьдесят шагов, попадая в оленя, – последние слова Маршин заметно подчеркнул, слегка разрумянившись от гордости.

Пронт оглядел присутствующих, затем почти заговорчески спросил у великана:

– А камни побольше? Пуда в два весом?

Снатог и Юнора выжидающе смотрели на гиганта. Тот в задумчивости почесал подбородок.

– Шагов со ста попаду в голову великану.

– Отлично, тогда задачей вашего отряда на завтра будет разрушение первого ряда стен города. Вам лучше прямо сейчас набрать на склонах гор побольше камней.

– Ладно, Твое Высочество.

– Зови меня Пронт. С этого момента ты становишься сановитым предводителем своего отряда. Я при своем воеводе и мудрой советчице провозглашаю тебя клоиром[6].

– Кем? – на лице великана отразилось полное недоумение.

– У людей так называют младших воевод, – с улыбкой ответил Пронт. – Теперь ты клоир своего отряда.

Великан радостно засиял, расплывшись в широченной улыбке.

– Спасибо, Твое Высочество Пронт, я горд стать воеводой.

– Можешь быть свободен, Маршин, – махнул в его сторону рукой Пронт. – Наберите камней и отдыхайте. Выступаем завтра на рассвете.

Великан поднялся и, вновь удивив людей, почти бесшумно покинул круг света. Пронт с облегчением вздохнул. Со спокойным видом он улыбнулся Юноре:

– Что ж, теперь у нас есть план.

– Пожалуй. Выступаем на рассвете? – девушка поднялась на ноги. – Тогда нам всем лучше выспаться. Спокойной ночи, друзья.

Пронт и Снатог одновременно кивнули. Мужчины сидели, уперев друг в друга серьезный взгляд и над чем-то размышляя. Усмехнувшись над их видом, волшебница двинулась к своей палатке.

– О чем это вы? – выдернул Пронта из раздумий Снатог. – Что за план?

Пронт скорчил кислую мину и тяжело вздохнул.

– Да нет, собственно, никакого плана. Все, что мы можем, – это разрушить их стены и драться с орками уже в городе. Вот только мы не знаем, что там.

– Так давай…

– Разведку я уже отправил. Будут тут через пару часов.

– Будем ждать?

– Я точно буду, а ты можешь ложиться. Завтра ты будешь руководить сражением.

– Тогда, думаю, надо набраться сил.

Снатог подскочил на ноги и двинулся в сторону от костра. Пронт, уже решивший, что тот пошел на ночлег, смутился, когда между его ногами и костром рухнул мешок с сырым мясом. Снатог рухнул рядом. На удивленный взгляд Пронта он весело отмахнулся.

– Кто ж высыпается вдоволь перед боем? В бой надо идти спросонья, а еще лучше – с похмела. Когда разбудят, заставят топать в бой. Только тогда в человеке поистине просыпается готовность убивать любого за свои адские муки.

Пронт довольно оскалился, принимая от Снатога тонкую ветку с насаженными на нее кусками сырого мяса.

Друзья уже добивали мясо на своих ветках, когда послышался топот копыт. Прискакали разведчики, чуть не загнав коней. Пронт поднялся на ноги от волнения и самолично заспешил к спешивающимся воинам.

– Что там? Докладывайте.

– Ваше высочество! – воины выучено вытянулись перед Пронтом. Старший из них продолжил из такого же положения. – Город достаточно большой. Внешний ряд стен высотой в семнадцать шагов из камня.

– Он охраняется? – расчетливым тоном поинтересовался Снатог. – Они знают, что мы пришли?

– Да, похоже на то, – чуть склонил голову воин. – На стенах воины, горят факелы, ворота закрыты.

– Нечистый! – выпалил Пронт, затем махнул рукой солдатам. – Можете идти спать. Вы свободны.

– Есть, – вытянулись воины. Затем оба прошествовали к лагерю.

Пронт и Снатог вернулись к костру.