Читаем Пророчество Сингамара полностью

– Все как обычно, никакой власти, никакой дисциплины, правда и беспорядка нет. Тишь да гладь, что странно. Вон, дело было, дней двадцать назад. Крестьяне пошли волков с полей прогонять, ткнули вилами в кусты, а там Карл присел по нужде. Так до сих пор в набедренной повязке и ходит. Зад так распух, что портки надеть не может.

Пронт рассмеялся, представив себе старого знакомого с вилами в мягком месте:

– Да у нас тут тоже случай был. Ушел какой-то умник в пруду рыбачить. Вернулся через два дня с пустыми руками, весь разодранный. Оказалось, пока он сидел и ловил рыбу, которая там никогда не водилась, на него медведь напал, еле ноги унес.

Тут уж Снатог не удержался от смешка. А Юнора, все равно не понимавшая их шуток, шла молча, раздумывая о своем.

Пронт на ходу писал приказ о получении людей в распоряжение, прижав бересту к спинной пластине доспеха Снатога. Служащих в Хоте было немного и в основном это были лучники, копьеносцы или мечники. Военное ремесло ценилось лишь как развлечение для толпы. Что такое война, все давным-давно позабыли. Одни лишь дикари докучали иногда городу. Но и при этом стены города позволяли разогнать восстание без потерь для защищавшихся.

– Сегодня еще останемся в Хоте, а завтра, после обеда, выступим, – распоряжался принц.

– А что так поздно? – возмутился Снатог. – У нас каждая минута на счету.

– Ты можешь выйти раньше, а я воинов даже на осеннее Светило жариться не выпущу.

– Убедил, – поднял руки Снатог, затем кивнул в сторону, в которую они шли. – Это ваши казармы?

Он указывал на огромное, трехповерховое здание. Здание было построено из небольших камней, наспех, грубо, но зато эту стену ни поджечь, ни разбить топором. Из-за грязно-серого цвета здание сильно выделялось на фоне светлокаменных или деревянных строений города.

– Да, это они, ждите здесь, я скоро вернусь.

Пронт скрылся за воротами, а Снатог и Юнора остались оглядывать ближайшие окрестности. Несмотря на обилие камня, город не казался неживым. Около дороги зачастую росли деревья, из-за поздней осени уже потерявшие листья, отчего придавали городу такой же мрачноватый вид, какой был и у подъезда к городу.

Спустя несколько минут из казарм вышел довольный Пронт и, махнув ребятам рукой, пошел вперед по улице. Следующим местом, которое необходимо было посетить, это стрельбище. Там Снатог, в голове которого булькало вино, стал придираться к лучникам и даже устроил показательные стрельбы, пока Пронт решал вопросы о формировании отряда.

После всех прогулок Пронт предложил друзьям остаться на ночлег в королевских чертогах. Снатог с радостью принял его предложение, а Юнора решила перед отъездом повидать своих родителей. Дом Юноры находился чуть севернее дворца, поэтому идти всем троим было по пути.

На главной площади друзья попрощались с девушкой. Уже темнело, на улице стало холодать. Пошел мелкий холодный дождь, с редкими снежинками, которые моментально таяли на лице и плечах. В доме Юноры горел свет. Сердце девушки начало трепыхаться в груди, когда она медленно приближалась к входной двери. Судорожно сглотнув, девушка постучала.

На стук послышались торопливые маленькие шажки, и на пороге оказалась низенькая пожилая женщина. Мама сразу же узнала свою дочь, она замерла, не говоря не слова, на ее глазах выступили слезы, а трясущиеся руки потянулись к Юноре. Девушка торопливо рванулась в объятия матери, как когда-то в детстве. Заволновавшийся из-за странной тишины, отец вышел к дверям и застыл за спиной у жены, на его лицо наползала отечески ласковая улыбка…

Снатог еще раз отхлебнул вина из кружки. Теперь оно было не разбавлено, как обычно при трапезах, поэтому куда сильнее мутило мысли в голове. Вскоре захмелев, Снатог решил, что пора бы отдохнуть. Со сложностями следующего дня он решил справляться на более-менее свежую голову.

Он обернулся на Пронта, тот, как всегда, почти не пил, зная, что волю себе давать не стоит. Принц расписывал на маленьком листе, сколько нужно провианта для их войска, состоявшего из трехсот человек. В конце концов, устав и безумно захотев спать, Пронт убрал листок и оглянулся на Снатога.

Снатог кивнул головой на прощание, Пронт махнул ему рукой и, отвернувшись к своей тарелке, помрачнел. Снатог не удивлялся подобному поведению, Пронт часто сидел так, погруженный в свои раздумья.

Внутри комнаты Снатога все было устроено по-королевски роскошно. Широкий ковер посреди комнаты, огромная кровать, пара кресел, несколько чучел животных у стен, от которых пахло шерстью, и большой шкаф с десятками книг. Взяв одну из них, Снатог уместился в кресле. Читать он не особо любил, полагая, что знает достаточно для своей службы. Потому он просто пролистывал страницу за страницей, бегло проглатывая буквы и постепенно погружаясь в сон.

– И это, по-твоему, просто, сходить посмотреть? – присвистнул Снатог.