Читаем Пропавшая жена полностью

– Я бы все-таки предпочла этот вариант, – настаивала Имоджен. – Пожалуйста, Анни.

– Дома все в порядке, Имоджен? – осторожно спросила Анни. Она явно колебалась, пальцы ее зависли над клавиатурой.

– Ну конечно! – торопливо воскликнула Имоджен и улыбнулась. – Все в полном порядке. Это просто… У мужа скоро день рождения, и я хочу сделать ему подарок – сюрприз. Но я не смогу это сделать, если он увидит информацию о деньгах.

– О!

– И что касается моей зарплаты: я знаю, что могу ее переводить на свой личный счет с общего, но мы с ним договорились, что зарплаты будем перечислять на общий, так что…

– Разумно, – остановила ее Анни. – Я все сделаю.

– Спасибо! – улыбнулась Имоджен.

Не такие уж огромные были эти премии – личные ассистенты, даже такие, по словам Конора, квалифицированные, никогда не получают огромных премий. Но их оказалось достаточно для того, чтобы бежать. Достаточно для того, чтобы начать воплощать свой план в жизнь. Достаточно для того, чтобы он удался. По крайней мере до этого момента.

Она легла на постель и закрыла глаза.

«Уже близко, – пробормотала она себе под нос. – Уже почти».

* * *

В половине седьмого утра Имоджен резко распахнула глаза. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что она не в Дублине. И не в Париже. Что она действительно сделала это. Тут же ее накрыло волной адреналина, и она села, с удивлением обнаружив, что на ней все еще ее синий деловой костюм. А она и не заметила, как уснула вечером, даже не раздеваясь.

Открыв ставни, она впустила в комнату лучи утреннего солнца. Потом разделась, пошла в ванную и долго стояла под теплым душем, слегка изогнувшись, чтобы не замочить голову, потому что в хостеле «Ауберг» шапочек для душа не давали, а сама она об этом как-то не подумала. Недочет в плане, подумала она, но совсем небольшой.

Выйдя из душа, Имоджен вытерлась одним из тонких зеленых полотенец и вернулась в комнату. Натянув свободную футболку и тертые джинсы, встала перед зеркалом.

На бледном лице карие глаза казались просто огромными, а темно-каштановые волосы слегка завились после душа и легли симпатичными колечками за ушами. Волосы – вот что ее поразило больше всего. Еще вчера они были длинными и роскошными: блестящие, гладкие, как зеркало, они служили живой рекламой ее шампуня. А теперь у нее на голове был короткий боб, который даже до плеч не доходил. Имоджен себя едва узнавала. «Это замечательно», – сказала она себе. Потому что именно для того, чтобы стать неузнаваемой, она и постриглась. Сережки со «сваровски» – подарок на двадцать первый день рождения от отчима – с новой прической стали гораздо заметнее. Крошечные кристаллики ярко сверкали в лучах утреннего света, льющегося в окно.

Имоджен нанесла немного тона на лицо, чтобы хоть чуть-чуть уменьшить бледность, потом побрызгала духами «Нина Риччи» на шею и запястья. Сложила свой костюм и убрала его в чемодан. Она подумывала о том, чтобы оставить его в гостинице, но отбросила эту идею. Вряд ли, конечно, ее кто-нибудь вспомнит. Но, если она оставит что-нибудь из одежды в номере, то вероятность того, что ее вспомнят, увеличится. И потом, если все сложится как надо, ей этот костюм может понадобиться в будущем для собеседования.

Она застегнула молнию чемодана, надела балетки и вышла из номера.

Автовокзал был всего в двадцати минутах ходьбы от гостиницы, следующий автобус должен был подъехать почти через час. Имоджен – раз уж выдался незапланированный момент – села за столик в уже открывшемся уличном кафе и заказала кофе с горячими пышными круассанами, которые во Франции столь вкусные, что других таких не найдешь во всем мире. Кофе и круассаны вернули ее к жизни, как и летнее солнце, которое уже совсем взошло и весело улыбалось в чистом голубом небе. И именно здесь, любуясь видами, Имоджен смогла в полной мере оценить красоту фиолетовых и зеленых вершин Пиренеев.

Закончив со своим завтраком, она расплатилась и купила билет на автобус. Тот уже стоял на остановке. Заторопившись, а потому спотыкаясь на неровном тротуаре, Имоджен подошла к нему, боясь опоздать. Конечно, были в этот день и другие рейсы, но ей хотелось точно следовать своему плану и делать все очень правильно. «Делать все правильно», – это теперь были ее девиз и ее стратегия. Ее страховка. Гарантия, что у нее все получится. Это помогало сохранять уверенность, что всегда давалось ей труднее всего.

В автобусе уже сидели другие пассажиры – молодые и старые, жители пригородов и туристы. Были и студенты, такие как Анри, с рюкзаками за плечами, уткнувшиеся в свои мобильные телефоны.

Имоджен невольно представила, какие эсэмэски могла бы сейчас читать.

«Да что с тобой, черт подери?!! Почему ты не отвечаешь на мои смски?!!»

«Ты снова забыла зарядить телефон?»

«Я устал тебе звонить. Бога ради, Имоджен, ты безнадежна!»

«Уехал на совещание. Вне себя. Поговорим позже».

* * *