Читаем Проклятая группа полностью

Первый глоток водки прямо из горла обжег раненые ткани так, что Абдрашитов, сжав зубы, затрясся, колотя себя затылком по стене, а из глаз непроизвольно хлынули слезы. От боли он готов был разорвать собственную глотку на куски. Но спирт сделал свое дело, спиртное частично прижгло рану. Когда цунами огня в глотке стало затихать, Абдрашитов сделал еще пару глотков.

А потом он прикончил всю бутылку. Алкоголь заглушил боль. Глядя на свою шею в зеркале ванной, Абдрашитов видел, как струйки крови сочатся из узкой раны, напоминающей замочную скважину от ключа, вмонтированную прямо в его шею, но воспринимал это иначе. Как забавный фильм с 3D эффектом. Словно все это происходило не с ним. Абдрашитова шатало, и, выходя из ванной, он едва не грохнулся на пол.

— Стоять…

Добредя до окна, он выглянул на улицу.

Полицейских машин не было. Но он чувствовал — это плохая новость. Окинув мутным взглядом двор, Абдрашитов вычислил двоих мусоров в штатском, они топтались на детской площадке, косясь на дом, один говорил по телефону.

Опрос жильцов наверняка идет полным ходом. А значит, они скоро придут и сюда.

Взяв ствол, Абдрашитов сунул его за пояс. Вся футболка была в крови. Выматерившись, Абдрашитов нашел в ящике чистое полотенце. Окровавленное швырнул в лужу омерзительной красной рвоты на полу. В прихожей натянул куртку — так кровь на футболке будет малозаметной.

А потом нетвердым шагом он вышел из квартиры.

Двумя этажами ниже он слышал голоса. Различил мужской, который спрашивал:

— А вы не знаете, кто-нибудь из ваших соседей квартиру не сдает?

Мусора. Двумя этажами ниже! Совсем рядом.

Абдрашитов нажал кнопку лифта и припал к стене. Правой он зажимал полотенце у перевязанной тряпками шеи. Посмотрел на полотенце. Небольшое пятнышко крови уже было. Значит, кровь все еще идет. Сука… Когда открылся лифт, Абдрашитов буквально упал в него. Нажал кнопку верхнего этажа.

Когда лифт остановился, Абдрашитов выполз на лестничную площадку, прислушиваясь. Наверх никто не бежал. А сталь «ТТ» за поясом и спиртное внушали уверенность. Благодаря водке его не трясло, и сочащуюся из раны кровь, которая западала в горло, он сейчас мог спокойно сглатывать. Абдрашитов поплелся к ступенькам, ведущим на крышу.

Дверь была открыта — Останин вскрыл замок. Спасибо, сука, подумал Абдрашитов. Он не вернулся. Абдрашитов знал, что он не вернется. Крыса. Когда они встретятся снова, кому-то выпишут конкретную предъяву.

Абдрашитов, зажав полотенце у кровоточащей и саднящей раны на шее плечом и стараясь придерживаться за стену, зашагал наверх и выбрался на грязную, покрытую пометом крышу.

Останин хотел уходить через последний подъезд. Спотыкаясь, Абдрашитов побрел по крыше. В глазах двоилось. Вдруг Абдрашитов едва не отключился. Его занесло, и он упал, ударившись грудью о что-то твердое. Встряхнув головой, он в ужасе увидел под собой бездну. Абдрашитов валялся на краю крыши, свешиваясь с высоты в 12 этажей.

Откуда-то взялись силы. Отскочив, он быстро дошел до последней двери вниз. Замок был сломан. Спасибо еще раз, сука Останин.

В подъезде была тишина. Абдрашитов спустился на лифте на первый этаж. На полотенце уже было пятно крови размером с голову. Пока лифт, громыхая и трясясь, полз вниз, Абдрашитов сложил полотенце сухой стороной наружу и снова прижал к шее. Хотел сплюнуть кровь, но изо рта она просто вылилась. Матерясь себе под нос, Абдрашитов рукавом вытер окровавленный рот — и шагнул из лифта.

Около подъезда, спиной к двери, стоял хмырь, от которого за версту несло мусором, хоть он и был в гражданском. Завалить его? Прибегут другие. А у него всего 8 патронов…

А потом Абдрашитов увидел за своей спиной дверь в подвал. И, не поверив своему фарту, пьяно ухмыльнулся. По щеке поползла струйка крови изо рта, но он этого даже не заметил. Дернув дверь на себя, он шагнул в подвал.

Когда из подъезда донесся какой-то звук, опер из ОВД № 4 обернулся, а рука машинально потянулась к кобуре с табельным стволом. Никого. Прислушался — тишина. Сев на лавочку, он закурил. Когда опер убирал сигареты в карман, то уже забыл о странном звуке из подъезда.

Благодаря лучикам света, сочащимися в подвал из слуховых окон, здесь было почти светло. Абдрашитов направился к противоположной стене. Споткнувшись обо что-то, едва не рухнул. Машинально выставил обе руки перед собой. Полотенце упало на грязный, никогда не убиравшийся пол подвала. Матерясь, Абдрашитов кое-как вывернул его другой стороной наружу и опять прижал к горлу.

Одно из окон было прикрыто лишь фанерой. Абдрашитов дернул ее на себя. Фанера с треском отошла. Абдрашитов выглянул из окна и понял, что он добился своего. Перед ним был пустынный тротуар, а в 10 метрах впереди по дороге ехали, ни о чем не подозревая, резвые машины.

Нет, мусора, мы еще повоюем!

Выползающего из подвала типа в грязной одежде с пятнами крови и красной от крови тряпкой, обмотанной вокруг шеи, не видел никто. Пошатываясь, держа полотенце у раны правой рукой и периодически проверяя пистолет за поясом левой, Абдрашитов поковылял к проезжей части.