Читаем Происхождение полностью

— Эволюция видов, — сказал Эдмонд, — всегда связана с окружающей средой, и поэтому я попросил E-Wave наложить вторую модель. Экологическую модель сегодняшнего мира легко сделать, когда все наши новости о культуре, политике, науке, погоде и технологии транслируются в Интернете. Я попросил компьютер обратить особое внимание на те факторы, в наибольшей степени влияющие на развитие головного мозга человека — будущие разработки лекарств, новые технологии здравоохранения, загрязнение окружающей среды, культурные факторы и т. д. — Эдмонд сделал паузу. — А потом, — заявил он, — я запустил программу.

Все лицо футуриста заполонило экран. Он смотрел прямо в камеру.

— Когда я запустил модель… произошло нечто очень неожиданное. — Он едва заметно оглянулся, а затем вернулся к камере. — Что-то глубоко тревожащее.

Лэнгдон услышал испуганное дыхание Амбры.

— Поэтому я снова это запустил, — сказал Эдмонд, помрачнев. — К сожалению, произошло то же самое.

Лэнгдон увидел неподдельный страх в глазах Эдмонда.

— Так что я изменил параметры, — сказал он. — Переработал программу, меняя каждую переменную, и запускал ее снова и снова. Но получал все тот же результат.

Лэнгдон подумал, что возможно, Эдмонд, обнаружил, что человеческий интеллект после многовекового развития теперь приходит в упадок. Были явно тревожные признаки того, что такое предположение могло оказаться верным.

— Я был расстроен этими данными, — сказал Эдмонд, — и не мог найти им объяснения. И я обратился за анализом к компьютеру. E-Wave выразил свою оценку наиболее ясным из доступных ему способов. Нарисовал мне картинку.

На экране появилась графическая шкала эволюции животных, начавшаяся около ста миллионов лет назад. Это была сложная и красочная мозаика с горизонтальными пузырьками, которая расширялась и сокращалась с течением времени, изображая, как появлялись и исчезали виды. На левой стороне графика доминировали динозавры уже на вершине их развития в этот момент истории, которые были представлены самым толстым из всех пузырьков, который стал больше во времени, а потом внезапно лопнул около шестидесяти пяти миллионов лет назад с массовым вымиранием динозавров.

— Это временная шкала доминантных жизненных форм на Земле, — сказал Эдмонд, — представленная с точки зрения популяции видов, положения в пищевой цепи, межвидового превосходства и общего влияния на планету. По сути, это визуальное представление о том, кто правит балом на земле в любой момент времени.

Взгляд Лэнгдона скользил вдоль диаграммы, где различные пузыри расширялись и сокращались, указывая, как появлялись, разрастались и исчезали различные большие популяции видов.

— Рассвет хомо сапиенс, — сказал Эдмонд, — происходит в 200 000 году до нашей эры, но для появления на этом графике мы не стали достаточно важны, примерно до шестидесяти пяти тысяч лет до н. э., когда изобрели лук и стрелу и стали более эффективными хищниками.

Лэнгдон отсканировал вперед до отметки 65 000 до н. э., где появился тонкий синий пузырь, обозначающий хомо сапиенс. Пузырь расширялся очень медленно, почти незаметно, примерно до 1000 г. до н. э., когда он быстро стал толще, а затем, как будто экспоненциально расширялся.

Когда его взгляд достиг крайнего правого угла диаграммы, синий пузырь раздулся, заняв почти всю ширину экрана.

«Современные люди, — подумал Лэнгдон. — Безусловно, наиболее доминирующие и влиятельные виды на Земле».

— Неудивительно, — сказал Эдмонд, — в 2000 году, когда этот график заканчивается, люди изображаются как преобладающие виды на планете. Никто не приближается к нам. Он сделал паузу. — Тем не менее, вы видите следы нового пузыря, появляющегося… здесь.

Графика увеличилась, показывая крошечную черную форму, начинающую формироваться над опухшим голубым пузырем человечества.

— Новые виды уже на картинке, — сказал Эдмонд. Лэнгдон увидел черную капельку, но она выглядела незначительной по сравнению с синим пузырем — крошечная рыба-прилипала на спине голубого кита.

— Я понимаю, — сказал Эдмонд, — что этот новичок выглядит тривиальным, но если мы продвинемся вперед с 2000 года по сегодняшний день, вы увидите, что наш новичок уже здесь, и он тихо растет.

Диаграмма разворачивалась до тех пор, пока не достигла текущей даты, и Лэнгдон почувствовал, как его грудь сжалась. За последние два десятилетия черный пузырь значительно расширился. Теперь он занимал более четверти экрана, борясь с гомо сапиенс за влияние и доминирование.

— Что это?! — взволнованно шепнула Амбра. Лэнгдон ответил: — Я понятия не имею… какой-то бездействующий вирус? — Его разум пробежал список агрессивных вирусов, которые разлетелись по различные регионам мира, но Лэнгдон не мог себе представить, что этот вид незаметно и быстро растет на земле. Бактерия из космоса?