Читаем Проект "Ной" (СИ) полностью

  - Пока никакой. Вот государь вполне приличный. Замок роскошный построил, слуги по струнке ходят, хозяйство в полном порядке.



  Скарвин усмехнулся.



  - Я как увидела папу, говорю: наверное, ты самый красивый из руниа! А он в ответ: нет, у меня есть брат, намного красивей. Я спрашиваю: Владыка Грёз? Он - нет, Скарвин. А теперь я вижу, что он был прав... Он много о тебе рассказывал. Точнее, не рассказывал, а показывал. Вспоминал то, что было, и передавал мне.



  - Что именно?



  - Ваши беседы. В подземелье, при свете упавшей звезды. Как он у тебя прощения просил. Ты простил его?



  - Да! Конечно.



  - Он очень тебя любит. И другой твой брат. И сестра.



  - Я знаю, - в голосе грусть и тепло.



  - Ты счастливый человек... ой... ну ладно, неважно... Словом, потому, что у тебя есть родные, которые тебя любят. Я всю жизнь хотела, чтобы у меня была настоящая семья, а не так, как сейчас, - только мама, и та изгой...



   ...Йаллер очнулся оттого, что ледяная костлявая рука впилась в его запястье. Видение разрушилось, разлетелось на осколки, вокруг была только маленькая комната, и - некуда скрыться - здесь было тесно от ярости старика, не сумевшего умереть.



  - Ты...



  Йаллер попытался высвободиться, но не решился: старик вцепился мёртвой хваткой. От поднятой в чужой душе бури он вдруг почувствовал себя бесконечно виноватым, но - ждал, не может же так быть, чтобы всё это прошло бесследно и не дало ничего, неужели же старик сможет противостоять живой волне, ведь это же правда, и нет никого, кто стоял бы между нею и человеком, бери, живи в ней, и тогда откроется новый путь...



  Старик попытался улыбнуться, и это было жутко.



  - В тебе есть... верность, - признал он. - Ты так и не отрёкся... сколько бы тебя жизнь ни била. За это стоило бы тебя уважать... даже если знать, на чьей ты стороне...



  Йаллер отвернулся.



  - Уходи. Я... понял тебя. Но нам не по пути.



  * * *



  Вспоминать слова старика было мучительно, - он слишком хорошо помнил тех, кого тот называл Властителями Смерти. Не были они властителями, их лишь обвиняли в том, что они умеют убивать взглядом, мгновенно и безболезненно, и никто не доказал ни их вины, ни невиновности. Может быть, так и было... а потом эти способности растворились в людском море, чтобы всплывать в путаных снах о другой жизни. Да, Арелат правильно доверял ему, а может - старик в детстве рассказывал ему эти сны как сказки на ночь, тот завидовал и хотел, чтобы у него тоже было необычайное прошлое из нездешних времён. Дозавидовался. Получил. И что?



  Йаллер невольно вздрогнул. Убивать взглядом. Способность, которая дремлет и может проявиться в любой момент и у кого угодно. Орден, теряющий контроль над переселившимися на другие планеты одарёнными Силой. Не отследишь, не предупредишь, дежурных на все Переходы не посадишь, прямой связи с новыми колониями нет: переговорник, способный пробиваться сквозь Переход, никто не изобрёл, это лишь мечта. А это означает тупик. Как и в поисках других, помнящих прошлое. Что толку от этого визита, от разговора, от сведений Службы Безопасности? Потеря времени...



  Ма-Истри выслушал его сдержанно и отстранённо, - ну да, дружественное ведомство попросило, им было нужно, а Ордену... у Ордена другие заботы. Да, они есть, эти странные люди, не вписывающиеся в нормальную жизнь, а ежели кто-то впишется, как Арелат, то ещё сто раз пожалеешь, что он не остался сидеть в нищенской квартире в обществе себе подобных, как остальные.



  - Я ухожу в рейд, - сказал Ма-Истри, и Йаллер вскинул на него глаза как у встревоженной птицы. - Завтра. По графику ты уйдёшь следом, через две недели. За эти две недели на Тайшеле не должно ничего случиться. Ничего, связанного с тобой. Здесь должно быть безопасно.



  - Уверен?



  - Да.



  Йаллер молчал. Ма-Истри знал: он мало с кем общался, кроме него и Рионель, а теперь ещё была Ранна Та'ги... и, наверное, должно быть всё в порядке, ну должно же быть, без подстрекательств Арелата волна протестов, конечно, сразу не схлынет, но этот шаг, это жест - я ухожу, значит, я могу себе это позволить, я спокоен, - не может остаться незамеченным и скажет людям... то, что должен сказать. Хотя многие теперь напрягутся... и сквозь это тоже нужно пройти. Сквозь недоверие, сквозь страх, которые не преодолеть словами, а можно только взять и сделать - так, чтобы действительно оказалось так, как он хотел бы видеть.



  - Вот, возьми, - Ма-Истри протянул ему маршрут.



  Они давно уже составляли карты - трёхмерные карты планет с Переходами, соединяющими далёкие миры, сложнейшую сеть, пронизывающую Вселенную. Многие Переходы выводили высоко над землёй, в открытый космос, и ясно было, что есть Переходы в межзвёздных пространствах, и возникало множество вопросов: а как это, должна же быть концентрация Силы, а если она не планетарная, то - как?.. Но на исследования не было ни времени, ни возможностей, всё уходило на Расселение, и так должно было быть ещё долго. Ма-Истри часто хотелось, чтобы на Тайшеле наконец не осталось людей, чтобы Орден тоже обосновался где-нибудь на просторах и занялся чем-нибудь интересным.



Перейти на страницу:

Похожие книги

Корсар
Корсар

Не понятый Дарьей, дочерью трагически погибшего псковского купца Ильи Черкасова, Юрий, по совету заезжего купца Александра Калашникова (Ксандра) перебирается с ним из Пскова во Владимир (роман «Канонир»).Здесь купец помогает ему найти кров, организовать клинику для приёма недужных людей. Юрий излечивает дочь наместника Демьяна и невольно становится оракулом при нём, предсказывая важные события в России и жизни Демьяна. Следуя своему призванию и врачуя людей, избавляя их от страданий, Юрий расширяет круг друзей, к нему проявляют благосклонность влиятельные люди, появляется свой дом – в дар от богатого купца за спасение жены, драгоценности. Увы, приходится сталкиваться и с чёрной неблагодарностью, угрозой для жизни. Тогда приходится брать в руки оружие.Во время плавания с торговыми людьми по Средиземноморью Юрию попадается на глаза старинное зеркало. Череда событий складывается так, что он приходит к удивительному для себя открытию: ценность жизни совсем не в том, к чему он стремился эти годы. И тогда ему открывается тайна уйгурской надписи на раме загадочного зеркала.

Юрий Григорьевич Корчевский , Антон Русич , Михаил Юрьевич Лермонтов , Геннадий Борчанинов , Джек Дю Брюл , Гарри Веда

Приключения / Исторические приключения / Морские приключения / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Боевая фантастика / Попаданцы