Читаем Продолжение борьбы полностью

— Я старался, знаю, что мозги надо подкручивать. Но не наркотиками разными, а вот таким правильным кофе. Этому меня мой дедушка научил, а у него, теперь уж можно рассказывать, отец самому Николаю II этот напиток готовил. Так что рецепт у нас семейный. Тут фокус в том, кроме самого кофе, его помола, воды, еще и добавочки кое-какие. Я их сам, как меня дедуля научил, собираю, сушу, мелю. Вот и получается такой эффект. А всё почему? Мой прадедушка выходец из Алтая, а там каких только трав и кореньев нет. Ни в одной стране мира такого разнотравья нет, хоть весь свет обойди. Вот он и додумался кое-чего в кофе добавлять. Там ведь чай пьют только заправленный травкой. На все болезни эти травки есть, только знай какие, как их подготовить и как заварить. У моего прадедушки целая книга этих рецептов была, сам записывал, не ленился, интересовался. Этот царь Николай, как узнал о нем, так ради любопытства его и пригласил. Попив его чайку, тут же определил на кухню. Стал он ему чаёк готовить. А вот его женушка, немецкая принцесса, чайком не увлекалась, все более кофейком баловалась, ну и пришлось моему прадедушке переходить на другой напиток, но он больше чайком увлекался. Тут он был непревзойденный мастер! Несколько раз царевича спасал, правда, когда появился этот Распутин, тоже сибирский мужик и многое знавший о травах, так эта женушка Николая полностью ему, этому Распутину, доверилась. А вот сам царь, тот со своей женой только кофе пил. Говорят, во всём ей уступал, такой мягкотелый был, ну и доуступался до революции. А вот в другое время, и в других местах все более на чаек налегал.

— Вот ты оказывается какой! Вот откуда такое мастерство!

— Это от дедушки, он у своего отца многому научился, хотя говаривали — ему до бати далеко, тот был настоящий умелец! Ну, а я еще дома, это у меня не профессия, а так, как говорят, хобби, только когда надо порадовать кого. Жена все обижалась: почему ты так редко делаешь, все больше для гостей, а я бы хоть каждый день, да по несколько раз попивала, хорошо в голове становится, да и на душе тоже. Но ведь Вы знаете, какова жизнь в наших войсках. Иной раз вернешься с операции и свет не мил, хорошо хоть цел оказался. Какая уж тут готовка. Правда, когда оклемаюсь, я своей Марусе не отказывал в этом напитке. Как попросит, или вижу — захандрила, или осерчала лишку, так пожалуйста. И всегда помогало. Ой, командир, я опять Вас заговорил.

Он замолчал, о чём-то вспомнив, судя по его виду, очень неприятном для него, но быстро опомнился и продолжил:

— Этот напиток нужно вкушать, пока он свеженький, как говорится, «только с пару». Пейте. А надо будет, я еще сделаю. Ради Вас сколько надо, столько и постараюсь.

Когда он вышел, Карим не спеша «просмаковал» весь кофейничек. Это приятное занятие прервал опять же Александр:

— Командир, к Вам Саид и еще двое, кроме того из гаража машина для Вас прибыла.

Вошли Саид и еще двое бойцов из мусульманского батальона. Он представил:

— Тимур из Акташа и Ямин из Самарканда. Они готовы Вам помочь решить поставленную задачу. Если сегодня с ними проедем, то уже сегодня и договоримся. Но только, Иркин предупредил, — это дело серьезное, чтобы без лишних ушей и глаз. Надо с ними съездить тому, кто бы мог своими глазами все увидеть.

— Саид, ты все правильно понял. Поэтому сделаем так: мне сейчас нужно посетить восстановленную кухню-столовую, мы все вместе заедем туда, так сказать, проведем пробу и уже из нее проскочим сначала в Самарканд, а затем и в Акташ. Поеду я, сам хочу убедиться. Так, вы оружие взяли?

— А как же, оно всегда с нами.

— Ну, тогда не будем тянуть время, поедем на моей машине, она имеет неплохую защиту.

Вскоре они уже входили в кухню-столовую. Второй этаж еще отделывали, а вот внизу уже с десяток женщин и пятеро мужчин вовсю орудовали, осваивая привезенную Иркином и Гулей кухонную технику. В своем новом, уже отремонтированном кабинете, за столом, в белом халате и белом колпаке, сидела Гуля и что-то деловито подсчитывала на калькуляторе. Увидев входящих, вскочила, зарделась и замерла, прижав руки к груди. Карим, неожиданно даже для самого себя, подошел к ней, взял руку, поцеловал и, глядя ей в глаза, сказал:

— Спасибо тебе, Гуленька, за отзывчивость, спасибо за то, что ты сделала, восстановив такое нужное заведение. Это очень важное, нужное дело. Александр сказал нам о твоем приглашении попробовать первые пробные блюда. Вот я и захватил людей, которые будут твоими первыми клиентами. Пусть они и скажут тебе свое мнение, но лично мне это и так известно: все высококачественно, весьма аппетитно, в общем — вкуснотища.

Гуля смущенно взглянула на него.

— Ну, Вы тоже скажите, вкуснотища! У нас и средства пока очень ограничены, да и поставки совсем не налажены, и не все специалисты собраны, многим еще нарабатывать мастерство надо. На это время надо.