Почти полгода Наташа провела в психиатрической больнице. Она не хотела больше жить, ее вера в людей была полностью разрушена. Также ей было очень трудно выступать свидетельницей против Марата, Радика и Арона. Сначала она не решалась на это.

– Благодаря моему доктору я поняла всю важность этого. Суд помог мне во многом разобраться. Да, я была вынуждена отвечать на неприятные вопросы их адвокатов, но это оказалось для меня полезным. Во время суда я заново пережила все то, что когда-то происходило со мной. С одной стороны, это было ужасно, но с другой – я начала избавляться от страха.

– Что ты имеешь в виду?

– Мне было тяжело встретить Марата. Я его боялась и… боюсь по-прежнему. Но все-таки я смогла дать свидетельские показания. Я преодолела страх, рано или поздно я преодолею его окончательно. И я помогла другим девушкам. Марат не сможет сделать зла другим, пока сидит в тюрьме.

– Встречалась ли ты во время суда с Татьяной или Ольгой?

– Да, конечно.

– Знаешь ли ты, что с ними стало потом?

– Татьяна живет и работает в Москве. У нее есть комната в коммуналке, она живет вместе с братом. Он уже не такой маленький. Татьяна им гордится. Для нее все кончилось хорошо. Кажется, у нее есть в жизни то, ради чего стоит жить.

Наташа на минуту умолкла и сжала губы. Было очевидно, что она борется с собой, чтобы не заплакать.

– Может быть, оттого, что я пропала, умерла моя бабушка. Рядом не оказалось никого, кто ухаживал бы за ней… Она, должно быть, чувствовала, что со мной случилось что-то ужасное. Соседка рассказывала, что она очень беспокоилась за меня. Каждый вечер она ходила к автобусной остановке и ждала меня. А я так и не появилась. Нет, не так, – поправила она себя: – Я опоздала… Я не знала, что тут можно было сказать, а Наташа продолжила:

– Когда я узнала об этом, я не хотела больше жить… По ее лицу пробежала тень беспокойства. Я догадалась, что она думает о прошлом. Но я все-таки хотела удовлетворить свое любопытство.

– Встречала ли ты потом Ольгу или Оксану? Или Эвелину?

– Ни Эвелину, ни Оксану я больше не видела, но зато встретилась с Ольгой.

– Как она?

– К сожалению, она не справилась.

– А что с ней стало?

– Она не смогла вернуться в свою деревню, потому что ей было стыдно. Теперь она занимается проституцией в Москве. – Наташа вздохнула и добавила: – И она серьезно подсела на наркотики…

Я увидела, как ее глаза наполнились слезами.

– Надеюсь, у тебя все будет хорошо, Наташа. Она улыбнулась:

– Так и будет. Вечерами я работаю в кризисном центре, отвечаю на вопросы по телефону. У нас там горячая линия, по которой могут звонить все. Многие девушки попадают в тяжелые ситуации, они звонят и просят совета. Иногда им просто нужен кто-то, с кем можно поговорить. Я хочу и могу помочь им.

Я смотрела на молодую девушку, стоявшую передо мной, и любовалась ею. Она была мужественной и сильной, вопреки своему юному возрасту. Она была на два года моложе моей дочери, но прошла через такое, чего я никогда не пожелала бы своей девочке. И другим девочкам тоже. Никогда и никому.

Я и не заметила, как слезы покатились по моему лицу. Наташа положила свою руку на мою. Я почувствовала тепло, излучаемое ее маленькой рукой.

Я была ей очень благодарна. За то, что она есть, за то, что не сломалась и продолжала бороться за других девушек, чтобы они не попали в беду.

Огромное спасибо, Наташа, и всего тебе хорошего в жизни!

P. S. Интервью с автором

– Как родилась идея книги?

– Я была в Москве и встретилась с подругой Наташи. Она сказала, что Наташа пережила кошмарную историю. То, что она выжила, это чудо. Я связалась с Наташей, сославшись на ее подругу. Только благодаря этому Наташа согласилась разговаривать со мной. Обычно жертвы работорговли не рассказывают, что им пришлось пережить.

– Почему?

– Это связано с психологической травмой. А кроме того, им стыдно. Многие изнасилованные женщины неохотно делятся информацией. Особенно когда насильником является знакомый человек. Так что это очень чувствительная материя. Те, у кого есть дети, молчат, чтобы защитить их. Я встретилась с Наташей, не имея в виду писать книгу, я просто хотела помочь ей. Она была рабыней в Швеции, и я думала, что в чем-то могу поддержать ее. Когда мы познакомились, она была в возрасте моей дочери, даже младше ее, что произвело на меня неизгладимое впечатление. Нечто подобное могло случиться и с моей дочерью, никто не застрахован. После Наташиного рассказа я почувствовала, что каким-то образом нужно обратить на эту проблему внимание. Я считала, что ее история поможет людям понять все ужасы работорговли. Я профессиональный писатель, и это помогло мне уговорить Наташу вместе поработать над книгой, но при условии анонимности Наташи.

– Как шла работа над книгой?