– Они боятся сильной государственной власти. Поэтому они поддерживают сепаратизм, а также повсеместно насаждают демократию, которая лишает государственную политику преемственности. Для преодоления этой угрозы в первой половине двадцатого века произошла реставрация монархий и предложена «передовая» демократическая система, при которой народ уверен, что выбирает власть, тогда как надгосударственные системы предлагают ему выбор из подготовленных вариантов. Вся эта игра похожа на то, как волкодавы загоняют быков в стойло. Быки думают, что бегут туда, куда хотят, на самом деле они направляемы хозяином, ожидающим их подле загона. Волкодавы – это капитал, пресса, давно являющаяся собственностью хозяина, ангажированные партии и общественные организации. Процедура выборов представляет собой заранее отрежиссированный спектакль, ставящийся на площадках всего мира много десятилетий. Меняется лишь труппа, но никогда не меняется режиссер. С проходимцами, пришедшими во власть на ограниченный срок, проще работать. Демократические правительства не берутся за проведение крупных проектов, реально понимая, что лавры достанутся следующим лидерам, а им – лишь геморрой и критика. Их легко ангажировать и свести усилия к популистским заявлениям, как правило, предвыборным. Они коррумпированы финансово-промышленным олигархатом и поддаются влиянию заматеревших, зрелых мировых закулисных лидеров.
Еще наши оппоненты боятся роста национального самосознания. В свое время ими прекрасно был обкатан лозунг интернационализма в царской России, а позже и по всему миру. Сами они свою кровь не размешивают, предпочитая вступать в брак только среди представителей своего этноса или даже семьи. Каждый школьник, изучающий биологию в школе извещен о том, что, чем более различен генотип людей, вступающих в брак, тем здоровее у них потомство. На самом деле дела обстоят с точностью до наоборот. Самое нездоровое потомство у метисов. Последние научные данные подтверждают это. Но они всегда знали об этом факте. Кровь всегда стремится к своей чистоте. Малые народы, проживающие на территории другого этноса, практически не ассимилируются в нем, сохраняя свой язык, культуру, традиции и веру, внося нездоровое напряжение в обществе. Если араб резал баранов на родине, в Алжире, то он будет это делать на центральных улицах Парижа. И так будет всегда. И им известно, что фашизм возник не на пустом месте. Просто немецкая нация, всегда готовая сразиться с угрожающим ее процветанию врагом, пришла к пониманию, что была повержена врагом – паразитом, незаметно внедрившимся в ее организм и в конце концов разрушившим его. Тем же методом была повержена и могучая Россия.
Наш враг боится быть обнаруженным, как подводная лодка боится быть обнаружена эсминцем. Поэтому синдикат предпочитает тень и тишину.
Ими была предложена глобализация для свободного продвижения своих товаров на рынки всех стран. Для этого были созданы различные институты, например, Всемирная торговая организация или Международный валютный фонд, предназначение которых сводилось к навязыванию финансовых условий неблагополучным странам с целью их дальнейшего разложения и завоевания рынка этой страны. Поэтому они боятся протекционизма. Это волки, безжалостно уничтожающие овец, беспечно пасущихся на лужайке. Ну что, маэстро, стал противник хоть немного слабее, обнаружив свою сущность? Теперь ты знаешь, где у Кощея игла, но знаешь ли ты, как до нее добраться?
Максим молчал, не зная, что ответить. Его более озадачивала несколько нервная манера поведения Стаса. Его самого бесила неразрешимость сложившейся ситуации, но Стас уже много лет решает эту задачу и, по его мнению, должен быть хладнокровней.
– А что же семейство Ротшильдов? Насколько далеко они способны пойти в своих агрессивных планах?
– По нашим данным, Ротшильды потихоньку пилят сук, на котором сидит американская группа, а именно закачивают астрономические суммы в китайскую экономику с целью обеспечить юань золотом, накопленным ими за многие десятилетия, и обрушить доллар, а вместе с ним смыть в унитаз могущество Рокфеллеров. Полагаю, это и есть план «Б» Ротшильдов.
– Я не знаю, что именно необходимо предпринять для того, чтобы обострить отношения между кланами, но решение придет обязательно, – ответил Максим, нервно затушив очередную сигарету в пепельнице.
– Мы тоже так думали, Макс, – вмешался Дмитрий, но проходил год, а потом еще год, но зрелого плана не было…
– И вы сдались?! – Максим зло посмотрел Диме в глаза.
– Нет. У нас родился план, – неуверенно продолжил Стас. – Я нарочно тебе не говорил о нем. Дело в том, что я каждый день кляну себя за то, что согласился на его реализацию. И если бы ты сейчас предложил более рациональный план, с меньшими издержками и риском, я бы тогда совсем не простил себе этого поступка.
– Да что происходит, в конце концов, Стас?! Может, хватит водить меня за нос и тянуть кота за известный предмет? Выкладывай давай!