Читаем Пробуждение полностью

Перед ее глазами предстал Роберт Лебрен.

Эдна попыталась было встать, но не смогла, не выдав крайнего смятения, которое овладело ею при виде молодого человека, так что она снова упала на табуретку, проговорив только:

— Роберт!

Он подбежал к Эдне и сжал ей руки, явно не отдавая себе отчета в том, что говорит или делает:

— Миссис Понтелье! Каким образом... О, как вы прекрасно выглядите! А мадемуазель Рейц нет дома? Я совсем не ожидал увидеть вас.

— Когда вы вернулись? — задала вопрос Эдна нетвердым голосом, вытирая лицо платком.

Ей, очевидно, было неудобно на этой вращающейся табуретке, и Роберт упросил ее пересесть в кресло у окна.

Эдна машинально переменила место, в то время как Роберт сел на табуретку.

— Я вернулся позавчера, — ответил он, нажав локтем на клавиши. Раздался скрежещущий звук диссонирующих нот.

— Позавчера! — повторила Эдна вслух и про себя еще раз подумала, как будто не могла постичь это слово: «позавчера».

Она всегда представляла, как Роберт бросается разыскивать ее, как только прибудет, а он с позавчерашнего дня жил с ней под одним небом, и только случай свел их сегодня вместе. Мадемуазель Рейц конечно же лгала, когда уверяла: «Дурочка, он любит вас».

— Позавчера... — повторила Эдна, обрывая побег у герани. — Значит, если мы не встретились бы сегодня здесь, вы бы никогда... то есть вы не собирались встретиться со мной?

— Конечно же я должен был бы зайти к вам. Не было так много дел. — Роберт нервно переворачивал страницы нотной тетради. — Вчера я сразу же занялся делами фирмы. В конце концов оказалось, что здесь для меня столько же возможностей, сколько и в Мексике. Однажды фирма может стать прибыльной, а с мексиканцами не так просто найти общий язык.

Так, значит, Роберт вернулся, потому что не нашел с мексиканцами общий язык; потому что бизнес может быть здесь таким же прибыльным, как и там; потому что есть множество других причин, но только не потому, что ему важно быть рядом с ней. Эдна вспомнила тот день, когда она сидела на полу, переворачивая страницы его письма в поисках скрытого смысла.

Эдна сначала не обратила внимание на то, как Роберт выглядел, только ощущала его присутствие, но теперь она намеренно повернулась и внимательно посмотрела на молодого человека. В конце концов, он не так долго отсутствовал, всего лишь несколько месяцев, и не изменился. Волосы — такого же цвета, как у нее, — были зачесаны назад от висков так же, как раньше. Кожа не казалась более загорелой, чем тогда, на Гранд Айл. В глазах Роберта, когда он смотрел на нее, Эдна прочитала ту же нежность, только к ней добавился призыв. Взгляд молодого человека был таким же, как тогда, летом, когда он проник в дремлющие уголки ее души и разбудил ее.

Сотни раз Эдна представляла себе возвращение Роберта, рисовала в воображении их первую встречу. Обычно это происходило у нее дома. В воображении Эдны Роберт сразу демонстрировал свою любовь к ней. А в реальности они сидят тут на расстоянии десяти футов друг от друга — она у окна, сминая листья герани в ладони, вдыхает их аромат, он крутится на табуретке у рояля.

— Я очень удивился, когда узнал об отсутствии мистера Понтелье, — наконец произнес Роберт. — Странно, что мадемуазель Рейц мне ничего не сообщала. О вашем переезде мне рассказала вчера мать. Я бы скорее предположил, что вы уехали в Нью-Йорк вместе с мужем или в Ибервилль к детям, вместо того чтобы утруждать себя домашним хозяйством. И я слышал, что вы собираетесь поехать за границу. Представляется, летом мы не увидим вас на Гранд Айл. Вы часто видитесь с мадемуазель Рейц? Она много писала о вас в тех нескольких письмах, что я получил от нее.

— Вы помните, что обещали написать мне, когда уезжали? — тихо спросила Эдна.

Краска разлилась по лицу молодого человека.

— Я не верил, что мои письма могут представлять для вас интерес.

— Это предлог. Вы говорите неправду.

Эдна потянулась к роялю за шляпой. Надев ее, она принялась с некоторой тщательностью закреплять шляпу, продевая шпильку сквозь тяжелые локоны.

— Вы не будете дожидаться мадемуазель Рейц? — спросил Роберт.

— Нет; я обнаружила, что, когда ее так долго нет, значит, она не появится до позднего вечера.

Эдна надела перчатки. Роберт взялся за шляпу.

— Вы тоже не будете ее ждать? — удивилась Эдна.

— Нет, раз вы говорите, что ее не будет до вечера, — улыбнулся Роберт и добавил, внезапно осознав, что сказал нечто не совсем вежливое: — К тому же я тогда лишу себя удовольствия пройти с вами до дома.

Эдна заперла дверь и положила ключ в потайное место.

Они пошли вместе по грязной улице, выбирая дорогу между лотками с дешевыми товарами мелких торговцев. Часть расстояния они проехали в экипаже. Доехав до места, они вышли на улицу и пошли пешком, миновав особняк Понтелье, как будто разорванный на части. Роберт никогда не бывал в доме и с интересом оглядывал его.

— В этом доме я никогда вас не видел, — заметил он.

— Я рада, что не видели, — прошептала Эдна.

— Почему?