Читаем Призраки Пустоши полностью

«Но катер уже отправился обратно, так? Эроу, ты же включил автопилот?»

«Конечно, Кассид. Наверное, это разумно – повернуть дело таким образом, словно я спятил, но они могут запретить вылет «Улыбки» до прояснения ситуации».

«Одним нарушением больше, какая разница… Сынок, раз ты с нами, не ломай голову над ответом, обойдутся. Вернемся, я подключу все свои связи, отмажем тебя. Просто дело это хлопотное и требует времени, которого у нас нет сейчас».

«Ладно, как хотите», – согласился Эроу Трап. – Должен предупредить, что управление вышлет еще кого-нибудь для проверки…»

«Нас это уже не касается. Алайн, как только доберемся до рубки, сразу же прыгаем».

«Обижаешь, Кассид, – Алайн хмыкнула. – У нас современный корабль. Может стартовать хоть сейчас, ты даже не почувствуешь прыжка».

«Шутишь, девочка? Хочешь, чтобы у нас мозги сварились вкрутую?»

«Гипер-компенсаторами оборудован весь корабль, дядюшка Кассид. Каждый отсек, в том числе и коридоры».

«Хорошо зарабатываете, ребята».

«Да нет, мы просто не так скупы, как ты, дядюшка Кассид, – насмешливо улыбнулась Алайн. – Я знаю, ты гордишься своей старой развалюхой, но наш кораблик, хоть и поменьше, даст сто очков вперед твоему по оснащению».

«Не сыпь мне соль на рану. И погоди с прыжком, мне как-то привычнее в такие моменты находиться в кресле».

Справедливый упрек. Как только все утрясется, нужно будет заняться модернизацией «Забулдыги». И в самом деле, хватит экономить. Впрочем, кораблю Кассида уже больше ста лет, вносить в его конструкцию существенные изменения уже проблематично, а внешник Алайн сошел со стапелей космического дока на Кассионии едва ли десять лет назад.

Ага, вот и искомая дверь. Кассид решительно шагнул в распахнувшиеся створки кают-компании, и…

Впрочем, все по порядку.

Создатели корабля Алайн подошли к своему делу весьма оригинально, совместив функции рубки и кают-компании в одном отсеке, отчего в обиходе такой отсек получил название «компашника». Так вот, «компашник» – почти идеальная сфера около десяти метров в диаметре. И когда перед Кассидом распахнулась дверь, он оказался на «экваторе» этой сферы, в поясе обслуживания. Ни пола под ногами, ни потолка над головой, вогнутые стены просто уходят от порога вниз и вверх. На появление гостей мгновенно отреагировала сервисная система – как только возникает необходимость в дополнительном кресле, гладкая поверхность стен вспучивается и выплевывает блок-трансформер с электромагнитным приводом, а дыра бесследно затягивается новой панелью. Пока блок доплывает до порога, перед посетителем уже готовое кресло, сформированное с учетом его веса и комплекции, которое подхватывает клиента и возвращается на место – или туда, куда гость укажет. Впрочем, особо ждать не приходится, процесс трансформации происходит считанные секунды, а кресел, при необходимости, управляющий центр сервиса «компашника» может сформировать одновременно несколько десятков. В центре «компашника» красуется трехметровый голографический глобус, поделенный на информационную сетку, служащий как для управления кораблем, так и для вывода разной второстепенной информации, содержащейся в базе данных корабля, или поступающей снаружи из информационной сети планеты. Все обслуживание автоматизировано через лоцман, уточнение или корректировку команд можно также проводить посредством голографической панели управления. Напитки, еда – все доставляют летающие автоматы из бара, расположенного на «дне» сферы, система вентиляции и подавления запахов столь совершенна, что ничто постороннее не коснется обоняния. Если захотелось размять ноги – кресло спустится вниз, к пятачку бара, можно походить вокруг него.

Для Кассида такая обстановка была чужда, непривычна, неудобна. Он предпочитал помещения, организованные по старинке – где можно топать своими ножками, а для обслуживания за столом ему хватало родимых «скелетонов». Но выбирать не приходилось. Придется приспосабливаться.

Как только дверь утонула в стене, открыв вместительное внутреннее пространство «компашника», в уши кассионийца ударил хоровой вопль целой стаи гидлингов, а напротив груди и лица, перегородив вход, зависла свора уже знакомых дроидов, напоминая рой рассерженных ос.

Из-за очередной дурацкой задержки глаза Кассида моментально налились кровью, из горла непроизвольно вырвался яростный рык.

В кают-компании царил самый настоящий бедлам.