«Сомневаюсь. Вы, разумеется, начинили бы ее взрывчаткой и положили на видном месте — там, где он охотится. Да еще, для верности, наняли бы своего человека, чтобы ткнуть Фиделя туда носом. Потом сидели бы и ждали, когда он сглотнет наживку. Горячо, chico, но мимо. Сигнальная система — она у Фиделя, кстати, действует безотказно — мгновенно сработала бы и предупредила его об опасности. Фидель Кастро — этот великий рационалист от материализма, человек, который готов пнуть ногой стену, сломать себе палец и вдребезги разнести зеркало, узнав, что русские решили отнять у него его ракеты, — сверхъестественно чувствителен к американским заговорам и бдителен настолько, что, потянувшись к сказочной красоты раковине, он тут же отдернет руку. Короче, чтобы соблазнить этого парня, одной красоты мало».

«Продолжай, Шеви, — попросил я. — С такими талантами тебе прямая дорога в Голливуд». Я почувствовал, что пьянею. Фуэртес становился мне все более мерзок, но я не мог понять почему. Он был сладострастно порочен и абсолютно уверен в себе.

«Да, вы правы, это кино. Блестяще! Идея как раз для Голливуда. Я бы подбросил эту раковину в коралловый гротик и нанял надежного агента, чтобы подманить туда Фиделя, но главное вот что: я бы попросил колдуна-майомберо заговорить электрического ската. Скат должен влюбиться в раковину и остаться в ней жить. Он сидит в ней и стережет свой дом. Лишь в этом случае Кастро потеряет бдительность и забудет об опасности. Он ринется в бой, чтобы получить приз. — Шеви рассмеялся. — Итак, все, что вам надо, это найти майомберо в Майами или дрессировщика морских тварей у себя в Лэнгли».

Я дал ему допить и проводил до дверей.

Пожалуйста, напишите поскорее и поподробнее. С вами все в порядке?

Преданный вам

Предложенный Фуэртесом сценарий не оставил меня равнодушным, и я поделился им с Кэлом. В ответном послании из Токио он писал:

«Идея насчет ската может показаться несусветной дичью, но я лично заинтересован в том, чтобы выдрать у главного кубинца последний волос из бороды. Как ему только не совестно после всего землю топтать? Мы с тобой до него еще доберемся. И скоро. Глфкс.»

23

28 ноября 1962 года

Дорогой мой Гарри!