Читаем Признание полностью

— Я бы не назвал это общением, но написал несколько раз своему брату. Он в Иллинойсе. Отбывает срок.

Почему-то Кит не удивился.

— А за что?

— За что все сидят? Наркотики и выпивка. На них нужны деньги, и он вломился в дом — правда, не в тот, в который хотел. В итоге он избил человека.

— Он пишет тебе?

— Редко. Отбывает пожизненное.

— Над ним тоже надругались?

— Нет. Он старше, и, насколько мне известно, дядя его не трогал. Мы с ним никогда об этом не говорили.

— Так он был братом Даррелла?

— Да.

— Значит, он не был твоим родным дядей?

— Я тогда думал, что был. А к чему все эти вопросы, пастор?

— Я просто хочу занять чем-то время, Тревис, и постараться не уснуть. После нашей встречи в понедельник утром я очень мало спал и теперь чувствую себя абсолютно измотанным, а нам еще долго ехать.

— Мне не нравятся ваши расспросы.

— А что же будет, когда мы доберемся до Техаса? Мы приедем, ты скажешь, что на самом деле Николь убил ты, а потом, что тебе не нравятся вопросы. Ну же, Тревис!

Несколько миль они проехали молча. Бойетт снова отвернулся и, глядя в боковое окошко, нервно барабанил пальцами по палке. В последний час никаких признаков сильной головной боли пастор у него не заметил. Кит бросил взгляд на спидометр и понял, что ехал со скоростью восемьдесят миль в час. За превышение скорости на десять миль штрафовали на всей территории Канзаса. Он поехал медленнее и, чтобы чем-то загрузить мозг, представил, как его останавливает полицейский, проверяет сначала его документы, потом Бойетта и вызывает подкрепление. Скрывающийся от правосудия преступник. Преступивший закон лютеранский священник. Множество машин с включенными мигалками. Наручники. Ночь в тюрьме, может, даже в одной камере со своим спутником, человеком, для которого ночь за решеткой — самое привычное дело. Что потом Кит скажет сыновьям?

Он снова начал клевать носом. Ему надо сделать один телефонный звонок, но время сейчас неподходящее. Правда, этот звонок наверняка прогнал бы сон. Пастор достал сотовый и нажал клавишу быстрого набора номера Мэтью. Почти два часа ночи. Судя по тому, что Мэтью взял трубку только после восьмого гудка, спал он крепко.

— Надеюсь, дело того стоит, — недовольно пробурчал он.

— Доброе утро, Мэтью. Разбудил?

— Еще бы! Какого черта ты звонишь?

— Разве можно так разговаривать со своим духовным наставником? Послушай, я сейчас еду в Техас с одним добрым человеком по имени Тревис Бойетт, который был на службе в церкви в прошлое воскресенье. Ты мог его видеть — он ходит с палкой. Как бы то ни было, Тревис хочет сделать признание техасским властям в маленьком городке под названием Слоун, куда мы направляемся в надежде остановить казнь.

Мэтью моментально проснулся.

— Ты с ума сошел, Кит? Он рядом с тобой в машине?

— Да, мы уехали из Топеки около часа назад. Причина, по которой я звоню, заключается вот в чем. Мне нужна твоя помощь.

— Я окажу тебе помощь, Кит, и дам бесплатный совет. Немедленно разворачивайся и поезжай назад.

— Спасибо, Мэтт, но я попрошу тебя через несколько часов позвонить кое-кому в Слоуне.

— А что об этом думает Дана?

— Она меня поддерживает. Я прошу тебя позвонить в полицию, прокурору и, возможно, защитнику. Я буду звонить им и сам, но к прокурору они прислушаются больше.

— Ты все еще в Канзасе?

— Да, на Тридцать пятой автостраде.

— Не пересекай границу штата, Кит. Пожалуйста.

— Тогда мы вряд ли попадем в Техас, тебе не кажется?

— Не выезжай за границу штата!

— А сейчас ложись спать, а я перезвоню тебе около шести, тогда договоримся обо всем.

Кит закрыл крышку телефона, включил голосовую почту и начал ждать. Через десять секунд поступил сигнал вызова — это перезванивал Мэтью.

Они проехали Эмпорию и повернули к Уичите.

Кит больше не вызывал Бойетта на откровенность и не просил что-то рассказать. Может, тот тоже захотел спать, а может, просто заскучал. Но когда он все-таки говорил, Киту казалось, он слушает исповедь умирающего человека, понимающего, что в его жизни не было никакого смысла, но все равно пытающегося этот смысл найти.