Читаем Признание полностью

С выражением тревоги, но в то же время преисполненный решимости, Ньютон повернулся к журналистам и камерам. Осудив насилие и беспорядки, он пообещал защитить граждан Слоуна. Он сообщил, что направляет сюда дополнительные силы Национальной гвардии, и выразил готовность направить в город все войска, которыми располагает штат Техас, если в этом возникнет необходимость. Мэр говорил о справедливости, как ее понимают в Техасе. С прицелом на выборы, он призвал чернокожих лидеров навести порядок, утихомирив хулиганов, но ни словом не обмолвился о белых нарушителях порядка. После произнесения пышной тирады губернатор тут же ретировался, отказавшись отвечать на вопросы. Ни он сам, ни Барри с Уэйном не испытывали ни малейшего желания комментировать выступление Бойетта.

В течение часа Гилл Ньютон разъезжал на патрульной машине по Слоуну, останавливаясь выпить кофе с солдатами и полицейскими и поболтать с местными жителями. Он приехал на пожарище Первой баптистской церкви и с выражением боли на лице осмотрел руины. Все это время за ним неотлучно следовали камеры, каждое движение фиксировалось — не только ради обозначения важности момента, но и ради успеха будущих избирательных кампаний.

После пяти часов движения караван остановился у небольшого магазина к северу от Неоско, штат Миссури, что в двадцати милях от Джоплина. Когда все немного размялись и выпили кофе, машины свернули на север, только теперь колонну возглавлял Кит на своей «субару», а остальные ехали за ним.

Бойетт явно нервничал, беспрестанно барабанил пальцами по ручке палки, а тик усилился.

— Скоро налево будет ответвление от дороги, — сказал он.

Они двигались по 59-му шоссе — оживленной двухрядной автостраде в округе Ньютон. У холма за бензоколонкой они свернули налево.

— Похоже, едем правильно, — несколько раз повторил Бойетт, все больше нервничая.

Теперь они находились на извилистой сельской дороге, пролегавшей между пологих холмов, и то и дело проезжали мосты, перекинутые через множество ручьев. Встречавшиеся жилища представляли собой в основном трейлеры, и лишь изредка попадались красные кирпичные дома, построенные в пятидесятых годах прошлого века.

— Похоже, едем правильно, — снова повторил Бойетт.

— Ты жил в этих краях, Тревис?

— Да, как раз здесь, — кивнул он и начал тереть виски. Кит молча взмолился, чтобы хоть сейчас обошлось без приступа.

Они остановились на перекрестке в небольшом поселке.

— Теперь поезжайте прямо, — сказал Бойетт, и они миновали маленький торговый центр с бакалейной лавкой, парикмахерской и пунктом проката видеокассет. Парковка была покрыта гравием. — Похоже, едем правильно.

Хотя пастору хотелось о многом его спросить, но делать этого он не стал. Была ли еще жива Николь, когда Тревис ее сюда привез? Или он уже успел лишить ее жизни? О чем тот думал, когда ехал сюда с несчастной избитой девушкой?

Они повернули налево и, оказавшись на узкой мощеной дороге, вскоре проехали мимо какого-то строения.

— Раньше здесь был магазин старика Дюиза, — пояснил Тревис. — Наверняка он уже умер. Когда я был маленьким, ему уже было девяносто.

Они остановились у знака «Стоп» перед магазином.

— Однажды я ограбил этот магазин, — признался Тревис. — Мне было лет, наверное, десять. Забрался в окно. Я ненавидел этого старикашку. Едем прямо!

Пастор промолчал.

— В прошлый раз, когда я был здесь, дорогу посыпали гравием, — заметил Бойетт, будто вспоминая что-то приятное из детства.

— Давно? — поинтересовался Кит.

— Не знаю, пастор. Я тогда приезжал проведать Николь.

Кит мысленно обругал больного мерзавца. Дорога постоянно петляла, и повороты становились такими крутыми, что Киту даже казалось, будто они возвращались назад. Оба фургона и пикап ехали следом.

— Ищем теперь маленькую речушку с деревянным мостом, — сказал Бойетт. — Похоже, едем правильно. — Ярдов через сто после моста он заметил: — А теперь сбавьте скорость.

— У нас и так всего пятнадцать миль в час, Тревис.

Тот пристально вглядывался в густые заросли слева, вдоль дороги.

— Тут где-то проселочная дорога. Теперь еще медленнее.

Машины шли, почти касаясь бамперами. В первом фургоне Робби напряженно приговаривал:

— Ну же, Тревис, больной ублюдок! Только не подведи!

Пастор повернул налево, где между склонившимися друг к другу дубами и вязами действительно оказалась едва заметная дорога. Кроны деревьев переплелись, образуя темный и узкий тоннель.

— Мы уже рядом! — с облегчением выдохнул Бойетт. — Эта дорога идет сначала вдоль ручья, а справа есть участок для кемпинга. Во всяком случае, раньше он там был.

Кит бросил взгляд на одометр: они проехали чуть больше мили почти в полной темноте, только изредка замечая блестевшую воду. Здесь не было машин, да и признаков жилья тоже не отмечалось. Участок для кемпинга оказался лужайкой — тут могли разместиться несколько машин и палаток, но, судя по всему, сюда давно никто не заглядывал. Только трава по колено и пара сломанных деревянных столиков.

— Сюда мы забирались отдыхать, когда я был маленьким, — сказал Бойетт.