Читаем Привкус магии полностью

Отпустившее было за последние несколько часов напряжение снова взвело внутреннюю пружину до упора. Преждевременные выводы делать не стоило, но ощущение безопасности растаяло, словно карамельная корочка на мороженом… Бесследно. Оставив привкус горечи и смутного сожаления.

Мясо благоухало специями, разрезанные лимонные ломтики искрились, отражая огни, свежая зелень оттеняла пунцовые щеки помидоров и розовый срез запеченной ветчины, истекающей ароматным соком.

– Скажите, господин Аган, – я вяло ковырялся в тарелке с дымящимся кушаньем, – а кроме вас в доме еще есть люди?

– Нет. Дом, как вы, наверное, заметили, не нуждается в многочисленной человеческой обслуге. Вам что-то показалось? – Аган легко извлек из фальшивого вопроса истинную суть. – Не беспокойтесь. Это старая постройка, здесь полно теней…

Я поморщился. Магов не пугают тенями.

– Просто любопытно. Привратник говорил, что в доме есть еще экономка…

– Совершенно верно, мадам Древиха. Но несколько дней назад она попросила отпуск, чтобы навестить родственников.

– А ее дети?

– Дети?

– У нее же есть сыновья?

– Дочери, – со скупым удивлением возразил Аган. – Старшая с супругом живет в Белглаве. Как раз к ней мадам и отправилась. А младшая, если не ошибаюсь, работает где-то на южном континенте…

Я молча уставился на него. Лицо Агана не выражало ничего, кроме вежливого недоумения. Руконог, обманутый воцарившейся тишиной и не дождавшийся разрешающего жеста Агана, бестолково застыл над бокалом, покачивая наполненным вином кувшином и не решаясь наклонить его. Темно-рубиновые капли опасно набухли над краем.

– Что случилось? – озадаченно воскликнул Аган мне вслед.

Я пробормотал нечто невнятное уже от самых дверей.

…Дождь и не думал униматься, продолжая свирепо сечь вскипающую слякотью землю. Холодные, тяжелые капли, постепенно превращающиеся в ледяное крошево, злобно вонзались в крону старого дуба, ссыпаясь вниз колкой крупой и устилая землю у корней белым налетом. Шквалистый ветер терзал ветви. Глянцевая от воды листва, подсвеченная качающимся светильником над воротами, непрерывно трепетала, срывалась и реяла вокруг безумным роем.

– И ты смел звать меня лжецом? – осведомился я, обращаясь к поскрипывающему дереву и уклоняясь от оплеух мокрого ветра.

Привратник безмолвствовал. Туго качались ветви с почти облетевшей листвой. Но сердцевина кроны оставалась косматым клубком тьмы.

– Зачем? Зачем надо было морочить мне голову этими пацанами? – медленно спросил я и добавил с нажимом на первое слово: – Дочери экономки давно выросли и живут далеко.

Дуб натужно заскрипел, скрежеща ветвями о створки ворот. Нахохленный ворон, не покинувший свой пост даже в такую погоду, крепко цеплялся когтями за перекладину и словно не замечал, что ветер ерошит и ставит дыбом его перья. Впрочем, от дождя ворона спасал магический купол над воротами.

– Ведь тебе это было зачем-то нужно, – проговорил я утомленно, уже осознавая, что ответа не получу.

Одинокий лист, отделившись от роя, с размаху шлепнул меня по щеке мокрой, распяленной ладонью. Я отодрал его и натянул капюшон, хотя пользы от него не было никакой – вода давно залилась за шиворот. И поэтому донесшийся ответ не сразу расслышал.

– Что? – быстро оборачиваясь, переспросил я.

– Я ошибся, – повторил привратник. Ветер выхватывал и уносил звуки, словно голодный зверь, крадущий лакомые куски. – Показался знакомым.

Лицо привратника тонуло в пляске теней. Качающийся фонарь высвечивал только зеленоватое мерцание глаз и кривые трещины на стволе, мелькающие в мельтешении ветвей. И оттого привратник выглядел то свирепым, то печальным.

– …Друг. – Слова приходилось буквально выдирать из порывов ветра. – На какое-то мгновение мне показалось, что… он вернулся в другом облике… Проверить. Он бы узнал мальчиков… Но я ошибся. Злая шутка памяти. Ты чем-то похож на него, но ты не он…

И, завернувшись в заметно полысевшие ветви, словно в клочья рваного плаща, привратник умолк.

На этот раз деревянная створка распахнулась, когда я проходил мимо, чтобы ступить на мост. Ветер упруго толкнул в спину, заставляя ускорить шаг. Замок гостеприимно манил желтыми огнями.

Из оскаленных глоток несло гнилой плотью и свежей кровью. Руки с грязными обломанными когтями раскрывались навстречу, пытаясь схватить, притянуть, удержать… И из их цепкой хватки вырваться было неимоверно тяжело. Вампиры повисали всей тяжестью своих неживых костистых тел, запутывали в складках гнусно пахнущей одежды, вонзали клыки и тянули силы…

Судорожно вздохнув, я проснулся. Снова. Алчущие крови твари сгинули вместе со сном бесследно, но разбитость осталась. Покосился на часы – после последней попытки заснуть прошло с полчаса. За окном по-прежнему царила непроглядная темень, и шелест нестихающего дождя едва пробивал толщу перекрытий.

Что за бесовщина, а? Шестой раз за три часа. От такого отдыха устаешь еще больше. Кровать, что ли, неудобная?