Читаем Приватир полностью

Дальше события помчались с бешеной скоростью. Туркам и македонцам предстояло собираться в поход, а у нас уже всё было готово, и спустя три часа после построения и сбора в штабе мы начали действовать. В течение получаса сербы разоружили батальоны Алекса и Алтая, а также захватили полковые склады и небольшой автопарк. Ветераны Кары уничтожили всех охранников штаба полка и взяли в плен восемь офицеров Альянса, а основная ударная группа моего отряда, разделившись на две части, двинулась на захват портов города Линдос и Родоса.

В Линдосе проблем не было, охранный взвод разоружили легко, и четыре БДК вместе со всеми своими экипажами были захвачены без крови и стрельбы. Здесь работал Кум с гвардейцами, и всё прошло по плану. А вот в порту Родоса, куда ударные группы добирались на трофейных автомашинах, пришлось изрядно повозиться.

На территорию порта первой проникла группа Скокова. Местная охрана нашего майора уже знала и привыкла к тому, что он часто бывает в здании управляющего портом. Скоков и несколько его бойцов прошли на КПП, обезвредили позабывших о бдительности регуляров, и около сотни наших воинов хлынули в порт. Мы без боя заняли казармы, вышли на причал, и вот тут нас и ожидал сюрприз.

По плану отряд готовился к захвату уже отремонтированного и готового к походу эсминца «Капитан Голсуори». Однако помимо него здесь же находился и флагман Критской оперативной группировки, сильно переделанный и изрядно модернизированный бывший турецкий фрегат «Гоксу», который на данный момент носил название «Ираклион». Видимо, адмирал Папастратос решил задержаться на острове и погостить у своего сына, который имел поместье невдалеке от разрушенного города Родос, а фрегат – это его личное средство передвижения, и, соответственно, где он, там и его флагман.

Скоков, который шёл с передовой ударной группой, не растерялся и начал захват сразу двух боевых кораблей. Всё было отработано чётко, каждый боец знал, что должен делать. В первую очередь захватывались радиорубки, за ними – корабельные арсеналы, системы управления кораблём, штурманские рубки, боевые посты артиллерии, ходовые мостики и машинные отделения. Наши воины действовали быстро, жёстко и гасили всех, кто только мог быть опасен. И захват прошёл бы на оценку «отлично», но в самом конце случилась неприятность. Один из вражеских морпехов с «Ираклиона» сумел выскочить на палубу и произвести несколько выстрелов в воздух. Конечно же его сразу пристрелили, но в здании управы оказались десантники Папастратоса, наверное бойцы его личной охраны, по крайней мере половина того отряда, который всегда находился с ним рядом. Эти парни были профессионалами и действовать начали незамедлительно. Десантники контратаковали причалы и попытались отбить свои корабли. Однако было поздно, и, понеся потери в несколько убитых, преторианцы адмирала откатились обратно в крепкое и массивное здание портовой управы.

Класть людей на штурме похожего на крепость строения я не собирался, а потому дождался стодвадцатимиллиметровых миномётов, которые подвезли из полкового лагеря. У пластунов Игнача уже есть готовые артиллерийские расчёты, так что сейчас мы выкурим десантуру Альянса из укрепления и только тогда захватим здание, а наёмники Лиды Белой тем временем постараются взять в плен адмирала и комбрига Папастратосов. За вечер и ночь мы должны решить все вопросы и, коль будет удача, поутру уже окажемся в море.

– Игнач вызывает Мечника! – проговорила рация.

– Мечник на связи! – Я взял в руки укавэшку.

– Мы готовы к открытию огня!

– Начинайте!

– Сколько мин по цели отработать?

– Для начала по десять штук из каждого ствола.

Через несколько секунд где-то в районе площадки возле КПП забахали миномёты. С противным воем мины пролетели по воздуху, описали дугу и упали на серое здание портовой управы. Взрывы сотрясли строение, в котором прятался простреливавший из ручных пулемётов причалы враг. Ударная волна вышибла все окна, прошлась осколками стекла, кирпичей и металла по комнатам, и это было только началом маленького светопреставления, уготованного десанту Альянса.

За первым залпом последовал второй, третий и четвёртый. Тяжёлые мины размеренно и неотвратимо падали туда, куда их направляли люди. Взрывы сотрясали управу, из оконных проёмов выплескивались яркие языки пламени, и всё вокруг заволокло цементной пылью и дымом. Свежий морской ветерок пытался разогнать эту мутную и непроницаемую взвесь, но это было бесполезно.

Вот теперь можно и на штурм. Я оглянулся и ни одного из своих командиров рядом не увидел. Игнач метрах в трёхстах с миномётными расчётами, Лида занимается особняком Папастратосов, Кум в Линдосе, а Скоков ревизию кораблей проводит и ведёт первичный допрос моряков из экипажа. Получается, что на развалинах перед управой только я и двадцать пять воинов из разных подразделений моего отряда. Видать, придётся лично в атаку идти.

Перекинув автомат на грудь, я повернулся к воинам и выкрикнул:

– Вперёд, братва! Добьём гадов!