Читаем Притворись моим парнем полностью

— Мы прошли долгий путь, и, чтобы оказаться там, где мы сейчас, пришлось потрудиться. Я не жалею о последствиях для своего здоровья. Но сейчас пришла пора что‑то изменить, чтобы двигаться дальше.

— Я могу понять, почему ты так поступал, ты проделал огромную работу, из ничего создав такую компанию. Могу представить, что ты думаешь о таких, как я, пустивших на ветер целое состояние.

— Нет. У всех свои обстоятельства, которые помогают им стать теми, кем они становятся. Мы все учимся на своих ошибках. Не уверен, что смог бы выпутаться из той ситуации, в которой оказалась ты, что мне хватило бы сил. И даже при моем богатстве потеря в двадцать восемь миллионов долларов звучит внушительно.

— Как оказалось, эта сумма осталась моей.

— В смысле?

— Я рассказала все дедушке. Он решил, что я усвоила урок, и все равно дал мне деньги. Вот почему я купила шампанское. Сегодня мой день рождения. Дедушка хотел, чтобы я организовала вечеринку, но после всего произошедшего в Ирландии я не была к этому готова и решила устроить небольшой праздник для себя. Присоединишься?

— Конечно. — Пусть ему можно только глоток шампанского, но поднять за нее бокал он обязан.

Они сходили на кухню за напитком и бокалами и вернулись в гостиную.

— С днем рождения, Харпер. Я рад, что сегодня праздную его с тобой. Я не знал, смогу ли сказать тебе это. Или что‑либо из того, что я рассказал тебе сегодня. Спасибо, что дала мне шанс.

Харпер с улыбкой коснулась его бокала своим.

— Спасибо. Не так я себе это представляла, но лучшего варианта и придумать нельзя. За последние недели я многое узнала о себе. Если бы не Джози, я бы вряд ли поняла, что могу справиться самостоятельно. Или что мне не нужны деньги или роскошные машины, чтобы показать, кто я есть. И я бы не поняла, как ты важен в моей жизни.

На этот раз сердце Себастьяна замерло не из‑за забитых артерий. Он отставил бокал на кофейный столик.

— Я не знал, что твой день рождения сегодня, иначе принес бы подарок. Но у меня есть только это. — Он порылся в кармане и вытащил голубую коробочку.

— Что…

— Я уже говорил, что люблю тебя, Харпер. И что я готов найти в своей жизни баланс. Чего я не сказал — что хочу искать его вместе с тобой. Жизнь слишком коротка, чтобы колебаться, и я не могу рисковать снова потерять тебя.

Себастьян опустился на одно колено и открыл коробочку, в которой лежало кольцо с ослепительным изумрудом.

— Обещаю, что больше не буду хранить от тебя секретов. Обещаю, что никогда больше работа не будет казаться более важной, чем ты или наша семья. Ты самый важный человек в моей жизни, Харпер. Я не знал, что могу любить кого‑то так, как люблю тебя. Пожалуйста, окажи мне честь и стань моей женой, Харпер Дрейк.

— Да. — Она широко улыбалась, а в глазах ее стояли слезы.

Себастьян надел на палец кольцо и сжал ее руки в своих. Они встали, прижались друг к другу, и он в первый раз поцеловал свою невесту.

Это было началом их совместного будущего. Будущего, которого у него могло не быть, но которым он планировал дорожить вместе с Харпер столько, сколько ему отведено.

— Счастливого Рождества!

Харпер заспешила на звуки поздравлений посмотреть, кто пришел. Она суетилась на кухне, готовясь к первому совместному Рождеству, на которое соберутся обе семьи.

Себастьян обнимал мать, следом за которой с руками полными подарков следовал отец. А замыкал строй Кенни. На своих ногах.

Экзоскелет Себастьяна помог его брату медленно, но уверенно войти в дверь с широкой улыбкой на лице. И непонятно было даже, кто из них счастливее. Восторг Себастьяна не имел границ. Он воплотил свою мечту и сделал своей семье лучший подарок на Рождество, какой только возможно. И себе.

Он не сразу понял, какой прорыв стал возможным благодаря наброскам из Ирландии, и осознал это уже по возвращении в лабораторию. Харпер видела, как тяжело ему давалось вовремя остановиться и пойти домой, хотя мозг толкал его работать без устали. Но в конце концов он добился, чего хотел.

Наконец все перезнакомились и собрались в гостиной с напитками и закусками. Харпер хотела принести из кухни еще эгг‑нога, но Себастьян, вытащив из‑под елки какой‑то подарок, жестом поманил ее в коридор, ведущий в спальню. Там они могли побыть наедине.

— Это я хочу подарить тебе сейчас.

— Сейчас? Но еще только сочельник.

— Пожалуйста, открой.

Себастьян уже подарил ей такое красивое обручальное кольцо, что было стыдно принимать другой подарок. Харпер со вздохом разорвала красивую оберточную бумагу и не поверила своим глазам: там лежала коллекция сверкающих украшений.

Сапфировое ожерелье. Рубиновый браслет. Бриллиантовые серьги. Аквамариновое кольцо. Изумрудные запонки. Старые карманные часы.

Невозможно.

Харпер посмотрела на Себастьяна.

— Это украшения моей матери. И твои вещи. Все, что украла Джози. Но как?

Улыбка Себастьяна словно стала еще шире, чем когда его брат вошел в дверь.