Читаем Притворись моим парнем полностью

Их прервала фигура, неразличимая на темной и пустой парковке. Она сделала несколько шагов вперед и вышла на свет. Невеста Квентина. Себастьян не помнил ее имя, но сейчас было важным не это, а то, что она навела на Харпер ружье. Он шагнул вперед и прикрыл собой Харпер.

— Что, черт возьми, вы делаете?

— Джози? Что происходит?

— Удивлены? — Гримаса на лице женщины напоминала что угодно, кроме улыбки. — Вы не подозревали меня, не правда ли? Конечно. Вы вообще обо мне не думали. У меня нет статуса или денег — так, девчонка на вечер.

Она была права. Себастьян практически не обращал внимания на девушку, словно приклеенную к Квентину. Он вообще мало с кем познакомился, но Джози была молчалива и незаметна. Даже Харпер не знала ее, а она знала всех.

Но если это правда, то как Джози смогла узнать столь личную, интимную информацию о Харпер?

— Ты шантажировала меня?

— Виновна.

— Не понимаю. — Харпер отодвинула Себастьяна. — Как ты узнала о моих выплатах? Квентин рассказал тебе?

Джози покачала головой.

— Квентин лишь дал мне доступ к тебе, остальное я узнала сама. Поговори ты со мной хоть раз, узнала бы, что я сотрудничаю с финансовым отделом твоей компании. Я знаю все о тебе, Харпер, включая условия получения наследства. Я знала, что такая избалованная дива, как ты, просто выкинет все на ветер. Понадобилось лишь немного поискать, чтобы найти то, что мне было нужно. Слишком просто.

— Но зачем? Я не причинила тебе никакого вреда.

— О‑о‑о, ничего личного, Харпер. Только деньги. Это мог быть любой из вас.

— Это было очень лично для меня. Перевернуть вверх дном мой номер? Забрать ожерелье моей матери и часы дедушки Себастьяна — это было лично. Последнюю неделю я провела вся на нервах. И ради чего? Ради денег?

— Только богач может так сказать. Да, ради них. Для большинства это достаточная причина. Хотя надо признать, не слишком‑то много наличных я получила. Всю поездку я пыталась добиться от тебя послушания, но нет. Я угрожала, запугивала, поднимала ставку, обещала выдать твой секрет, но у меня в кармане все еще лишь жалкие крохи из твоего долга.

— Я ничего тебе не должна. Никто ничего тебе не должен. Все, что ты получила, ты вытянула силой.

— А ты получила все на блюдечке. И теперь тебе нужно просто отдать мне деньги.

— Ты, как никто, знаешь, что до дня рождения у меня не будет ни цента. Как я могу тебе заплатить, если у меня ничего нет?

Себастьян отчаянно пытался что‑то придумать. Если бы он мог изящным жестом боевых искусств выбить ружье из рук Джози и повалить ее на землю! Но, как инженер, он мог только перехитрить ее. Если бы сердце не стучало так сильно, не давая сосредоточиться.

— Словно ты не могла получить нужную сумму от твоих богатых и влиятельных друзей. На один репетиционный ужин ушло больше денег, чем я просила. Честно говоря, мне кажется, я достаточно шла на уступки. Сомневаюсь, что хоть один шантажист дал бы тебе столько шансов, сколько я, Харпер. Но мне надоело быть милой. Мне нужны деньги, и нужны сейчас.

— Но с чего мне платить тебе, Джози? Все закончилось. Еще на свадьбе. Все знают мой секрет. Ты не можешь больше шантажировать меня.

— Да. Вот почему я взяла ружье. Это уже не шантаж, но вооруженное ограбление. Я хочу свои деньги.

— Зачем тебе мои деньги? Ты выходишь замуж за Квентина, его семья очень богата. Для них сто тысяч долларов ничего не значат.

— А я ничего не значу для Квентина. Он просто использовал меня, чтобы ты завидовала ему. Он сделал предложение и пригласил меня в путешествие, потому что знал, что это тебе не понравится. Он не думал, что за это отец откажет ему от денег. Путешествие закончилось, он увидел, что ты влюблена, и бросил меня. А сам отправился к отцу за прощением. Так что сейчас деньги важны, как никогда.

Переполненный яростью и смятением, Себастьян слушал диалог двух женщин. Он стиснул кулаки и внезапно почувствовал странное онемение в левой руке. Он попытался потрясти ею, но чувство не проходило. Он уже не мог разобрать, что говорят Джози и Харпер. Все плыло перед глазами, Себастьяна била дрожь. Он потянулся к Харпер, чтобы опереться.

— Себастьян! Что случилось? Ты в порядке?

Он не мог ответить, грудную клетку сжало словно тисками, не давая даже дышать. Он уже понял, что это не паническая атака. Это еще один сердечный приступ — на этот раз более сильный.

Врачи предупреждали, что не нужно спешить. И он пытался. Он делал максимум возможного, и что? Он смотрит в глаза женщины, которую любит, и возможно, никогда больше не увидит. Неужели он потерял последний шанс сказать Харпер все, что боялся ей сказать?

— Я люблю… — Он задохнулся, не в силах закончить фразу. Рука соскользнула с ее плеча, и колени подогнулись.

Последнее, что он услышал, прежде чем потерять сознание, был ее крик.

— Харпер?

Харпер очнулась от глубокого сна и поспешно вытерла струйку слюны с подбородка. Она не сразу поняла, что находится в палате Себастьяна, который только что пришел в сознание.

Она с улыбкой подошла к его кровати.

— Очнулся.