Читаем Пришелец-суперзвезда полностью

Мне удалось пережить репетицию вступительной сцены, хотя я вреза́лся в каждый предмет мебели на съёмочной площадке. Кэссиди мне очень помогала. Она видела, как мне плохо, и каждый раз, когда я терял равновесие, старалась поддержать.

– Терпи, Бадди, – шептала она. – Ещё пара минут – и всё.

К счастью, в следующей сцене мы задействованы не были. Мы помчались в класс, и я выдвинул нижний ящик стола Дженис. Там я не нашёл ничего похожего на набор для анализа продуктов питания.

– Она сказала искать в нижнем ящике, – пробормотал я, продолжая рыться.

– Дай я посмотрю! – Кэссиди оттолкнула меня в сторону, что было нетрудно, ведь мои присоски уже почти не прилипали к полу. Передвинув стопку учётных карточек, она вытащила картонную коробку с надписью: «НАБОР ДЛЯ АНАЛИЗА ПИЩИ».

– Он лежал на самом видном месте, Бадди.

Это был тревожный знак. Я смотрел прямо на набор и не замечал его. Кажется, мои глаза, по крайней мере несколько из них, вышли из строя.

Мы сели за стол и открыли коробку. В ней лежали около тридцати стеклянных колбочек, пятнадцать флаконов-капельниц с разноцветными растворами и инструкция по эксплуатации.

– Вот, – сказала Кэссиди, вручая мне руководство. – Поднеси это ко лбу и попытайся вникнуть. И скажи мне, что там написано.

Я приложил руководство ко лбу, но у меня снова возникла проблема с получением информации. Слова проникали в мозг, но не в правильном порядке: сахар, липиды, аналитические методы, аминокислоты. Сплошная бессмыслица.

– Времени больше нет, – сказал я. – Нужно разобраться в этом самим.

– Кажется, всё довольно логично, – заметила Кэссиди. – Мы помещаем фрагмент вафли в каждый из этих стеклянных флаконов, а затем капаем во флакон каждым раствором. Давай возьмём нож и разделим вафлю.

В ноже необходимости не было. Мои ногти, которые я не подстригал уже два дня, отчего они достигли недопустимых размеров, были острее ножей. Я разрезал вафлю на мелкие кусочки, Кэссиди положила по одному кусочку в каждый флакон и капнула на них несколькими каплями раствора.

А дальше мы ждали. И ждали. И ждали. Мы смотрели на маленькие стеклянные флаконы, но ничего не происходило. Я так сосредоточился на пузырьках, что чуть не взлетел в воздух, когда появился режиссёр Жюль и коснулся моего плеча.

– Бадди, Дуэйн требует тебя для следующей сцены, – сообщил он.

– Не могли бы вы передать ему, что я занят? – спросил я.

– Конечно, могу, – сказал Жюль. – А после этого пойду собирать свои вещи, потому что меня уволят.

– Иди, – сказала мне Кэссиди. – Я останусь здесь и понаблюдаю. Дам тебе знать, если что-то изменится.

Я последовал за Жюлем на съёмочную площадку, но мой разум остался с пузырьками. Мы репетировали сцену, в которой Тайлер обнаруживает, что его соседом по комнате будет пришелец.

СЦЕНА ВНУТРИ. ОБЩЕЖИТИЕ АКАДЕМИИ ЧУДИКОВ – ДЕНЬ

ТАЙЛЕР

Эй, космический урод, нужно стучаться, когда входишь в чужую комнату!

ПРИШЕЛЕЦ БАДДИ

Даже если это моя комната?

ТАЙЛЕР

Это моя комната.

ПРИШЕЛЕЦ БАДДИ

Небольшая поправочка. Была твоя комната. Теперь это наша комната. Или, как я люблю её называть, моя биосфера.

ТАЙЛЕР

Только не говори, что ты и правда будешь моим соседом по комнате.

ПРИШЕЛЕЦ БАДДИ

Я привёл своего личного робота. Его зовут Зэ-Эр 733. Он очень хороший, за исключением того, что храпит. Но робот утихнет, если ты просто поднесёшь к его носу палец.

ТАЙЛЕР

К его носу? НЕТ, этому не бывать! Я поговорю с директором Бродботтомом.

ПРИШЕЛЕЦ БАДДИ

Отлично, я пойду с тобой. Мне бы хотелось поближе с ним познакомиться.

Мы с Тайлером репетировали. Я справлялся, хотя язык отяжелел, а губы опухли. Единственное, что мне никак не удавалось, это произнести имя директора Бродботтома. Как я ни старался, получалось либо Бредбатон, либо Бродбетон. Актёры покатывались со смеху. Но только не Дуэйн.

– Сосредоточься, Бадди! – рявкнул он. – Мы репетируем не забавы ради. Это киностудия, а не детский сад!

Наконец я справился, и Дуэйн перешёл к следующей сцене, в которой я был не задействован. Кэссиди стояла с краю, жестом приглашая меня следовать за ней.