– Поверь мне, это не так. Сенсорный усилитель – это то, что позволяет нам глубоко чувствовать и переживать, слышать музыку, видеть искусство и плакать в кино. Без этого мы были бы просто роботами.

– Так вот зачем ты пришёл сюда? Чтобы тебя не превратили в робота?

– Точно.

Кэссиди надолго задумалась.

– Ну, что скажешь, Кэсс? – спросил я, почти опасаясь услышать ответ. – Могу я остаться? Ты сохранишь мой секрет? Или для тебя это слишком трудная задача?

Она покачала головой.

– У меня есть ещё вопрос.

«Ой-ой, – подумал я. – Ну вот и всё».

– Как ты удалишь из своих присосок красные ворсинки? – спросила Кэссиди.

Она расхохоталась, и я тоже, как полагается хорошим друзьям.

17

– Чего тебе хочется на завтрак, Бадди? – спросила Делорес, когда на следующее утро я вошёл на кухню. – Элоиза ест блинчики с шоколадной крошкой и малиновым сиропом.

– Вку-усно, – протянула Элоиза, и из её рта потекла липкая бордовая жидкость.

– Лучше мне об этом не знать, – вмешалась Кэссиди. – Мне запрещено есть блины – на завтрак только яичный белок без соли и брокколи.

– Хватит жаловаться, юная леди, – заявила Делорес. – Это для твоего же блага. Ещё поблагодаришь меня, когда они сфотографируют тебя в понедельник вечером и этот снимок разлетится по всему YouTube.

Я подвинул стул к кухонному столу и взглянул на разложенную по тарелкам еду. Мой желудок cделал ещё одно сальто назад. Я собирался выяснить, какие земные продукты способно вынести моё тело, но, судя по всему, за завтраком их не было. Ни одного.

– Спасибо, Делорес, – вежливо поблагодарил я, – но я просто выпью много воды.

На столе стоял кувшин с охлаждённой водой, я поднял его и выпил за два-три глотка.

– Думаю, ещё один такой кувшин был бы для меня очень кстати, – сказал я.

Элоиза вылупила на меня глаза и впервые, с тех пор как я её встретил, не проронила ни звука. Я подошёл к раковине, наполнил кувшин водопроводной водой и выпил.

– Бадди, в доме не принято пить из кувшина, – сказала Делорес. – Он приготовлен для всех, чтобы каждый наливал себе, сколько ему надо.

– О… я просто не понял.

– Ты что, из космоса? – спросила Кэссиди.

Я бросил на неё пронзительный взгляд. Она собирается раскрыть мой секрет? Но в её глазах горели лукавые огоньки, а на губах блуждала улыбка. Она пожала плечами и, хихикая, произнесла:

– А что? Я просто пошутила.

От воды моему телу полегчало, но я знал: понадобится намного больше, чтобы пережить поездку в торговый центр. Поскольку кувшин был теперь для меня недоступен, я сунул голову под кран и глотал воду до тех пор, пока не понял, что в меня больше не влезет.

– Вижу, придётся поработать над твоими манерами, – заметила Делорес. – И твоя жажда: что это с тобой?

– Мне нравится быть хорошо увлажнённым.

– Ты себя явно недооцениваешь, – произнесла Делорес. – Если и дальше продолжишь так пить, весь штат Калифорния будет страдать от нехватки воды.

Я не хотел, чтобы это произошло, потому мысленно отметил для себя свести потребление воды к минимуму.

– У вас десять минут на сборы, – объявила Делорес, отнимая у Кэссиди тарелку, пока её вилка ещё находилась в воздухе. – Я договорилась с Розой. Она встретит нас в торговом центре.

– Круто! И мы зайдём в магазин «Всё для хобби»? – обрадовалась Элоиза. – Папа сказал, что нужно купить миниатюрные самолёты для нашего аэропорта.

– Ты едешь в балетный класс, – отрезала Делорес.

– Но я ненавижу балет, – заскулила Элоиза. – Моя учительница говорит, что я неуклюжая и прыгаю как слон, а это общеизвестный факт, что слоны не умеют прыгать!

– Балет полезен для твоей осанки, – сказала Делорес, – и сжигает много калорий.

Вот оно, опять это слово. Кэссиди бросила на меня взгляд, мол, «Что я говорила?» Её мать действительно была профессиональным счётчиком калорий.

Торговый центр «Модный дуб» занимал целый городской квартал. В нём располагались магазины, которые продавали всё, что вашей душе угодно, от детских шлёпанцев до красной краски, которую наносят на губы, и кресел, которые начинали вибрировать, стоило в них сесть. Мы должны были встретиться с Розой перед мебельным магазином, и я, ощущая всё бо́льшую слабость, плюхнулся в одно из таких кресел.

– Тебе понравится, – пообещала Кэссиди и нажала на кнопку.

Кресло завибрировало, взбалтывая воду в моём организме. Вам наверняка знакомо это чувство – как будто в животе кувыркаются тысячи тараканов и одновременно дёргают лапками. Я почувствовал облегчение, когда увидел, что к нам спешит Роза.

– Я уже кое-что купила, – объявила она, подходя к нам. – И выбрала пару шмоток, которые, думаю, будут говорить с твоими фанатами на одном языке, Бадди.

– Говорящая одежда? – удивился я. – Интересно, что она скажет? Бьюсь об заклад, штаны напомнят мне: «Молния должна быть спереди, дурачок!»

Кэссиди и Роза расхохотались, и я тоже, хотя не понял, что смешного я сказал. Делорес была единственной, кто не смеялся. Казалось, смех она считает пустой тратой времени.