Читаем Приручить королевича (СИ) полностью

И от огорчения Чуролют захрустел глазурованным печеньем.

— Простите меня, — искренне повинилась Варя. — У меня просто в голове не укладывается! Как такое может быть? За что мне такое везение? Не может быть такая удача случайностью! А если судьба так ко мне благосклонна, то какую цену назначит впоследствии? Скажите честно: меня принесут в жертву? Зимослав меня не к алтарю поведет, а на алтаре зарежет, да? Сожжет? Чтобы проклятие окончательно развеять? Или со мной сделают что-то другое? Ослепят? Покалечат? Язык вырвут? Что? Чем я заплачу за это совпадение?

— Что за ужасы у вас на уме, барышня?! — не в шутку испугался за ее рассудок Тугохвал. Сухой шершавой ладонью потрогал ее лоб, не началась ли горячка. — Какое жертвоприношение? Матерь с вами! Как вам такое в голову взбрело? Да, это не совпадение, тут вы правы — вы пришли в наш мир, ведомая судьбой и высшими силами. Путь ваш оказался предопределен заранее. Но не ждите за вашу, как вы выразили, удачу возмездия — нет на вас вины, не за что Небу вас карать. Лишь кротко примите волю судьбы — и дальше вас продолжит хранить Создательница и боги вашего мира. Знаю, вам будет трудно смириться с выпавшей долей, слишком у вас, сударыня, свободолюбивый нрав, чтобы ощущать себя игрушкой высших сил. И да, тяжело вам придется с Зимославом, но, уверен, когда вы узнаете его ближе, вы по достоинству оцените его прямой характер…

— Да бог с вами, зачем вы мне его нахваливаете? — смешалась Варя, боясь, что дальше разговор может зайти в слишком смущающее русло. — Я и так его не боюсь. И он мне… вовсе не противен.

— Но ведь он напугал вас? — удивился ее возражениям чародей. — Тогда, в день выбора невесты, когда судьба привела вас во дворец — он чуть вас не покалечил, наскочив на своем чумном сайгаке…

— Ой, да бросьте! Это еще вопрос, кто на кого тогда наскочил с разбега, — хихикнула Варя.

— Вы с такой горячностью расспрашивали всех о нем, я подумал, что вы хотите потребовать удовлетворения…

— Я так выглядела со стороны, да? — еще больше смутилась Варя. — Хотя, смотря что подразумевать под «удовлетворением»… — мечтательно протянула она.

— И еще вам предстоит такое унижение от него! — продолжал ей сочувствовать чародей. — Я не могу представить, как вы переживете!

— В смысле? — не поняла Варя, насторожилась. — Что я не переживу?

От волнения в горле пересохло, она схватилась за чашку с остывшим чаем.

— Похищение же! — всплеснул руками Чуролют. — Вас ждет прилюдное унижение, какое для девицы хуже не придумать! Пусть само событие задумано как месть и пострадать должна гордость Лучедара, весь королевский род в лице его высочества будет посрамлен — но вы-то! Похищать будут вас! Выдержите ли вы подобный удар — потерять волю и девичью честь?

— Погодите… — поперхнулась чаем Варя. — Я честь должна потерять? Что, прямо вот прилюдно? Небось, прямо на алтаре? Ну, логично — чтобы с гарантией проклятие снять с королевства… Господи, ладно я! Я уж как-нибудь перетерплю, в обморок упаду в крайнем разе, мое дело пассивное. Но ваш-то Зимослав разве сумеет? Осилит ли такое, хм, испытание своей мужественности?

Настал черед Тугохвалу непонимающе хлопать глазами — чародей уставился на нее, пытаясь понять, о чем речь. Варя покраснела еще больше, но глаза прятать не стала — надо ж тренировать решимость, раз такое приключение затевается! Но даже так — она не отступится. Принцы во всякую эпоху в дефиците, и раз не удосужилась вовремя сделаться королевной — изволь завоевывать своего суженого, пусть и такой ценой!

До чародея вроде бы дошла ее мысль.

— Сударыня, страшусь уточнить, неужели вы подумали…

— Ну да, вы говорили о девичьей чести, — кивнула Варя, понизив голос. — Как еще ее теряют?

— Ох, Великая Матерь… — выдохнул в ужасе Чуролют. — Неужели в вашем мире принято таким зверским образом снимать проклятия?

— Нет, что вы! У нас вообще в проклятия мало кто верит. — Варя готова была под землю провалиться за свою глупость — вот же наболтала невесть что! Стыдоба! — Зато, кстати, невест похищали повсеместно, говорят, в давние времена это было обычной практикой. Ну, если родители были против или сама девица кочевряжилась, вот тогда добрый молодец и снаряжал сани… ну, или не особо добрый… или не молодец, а джигит какой-нибудь…

Тугохвал взирал на нее квадратными глазами:

— Это же смертный грех — брать жену против ее воли! Святотатство пред лицом Создательницы! Да и как потом возможно жить в таком браке?

— Ну, как-то жили, разводиться только недавно вошло в моду, — пожала плечами Варя. — Бывало ведь и такое: невеста сама подговаривала избранника, чтобы тот ее похитил. После тайного венчания молодожены обычно возвращались к родителям прощения просить. Тесть зятю, конечно, для порядка фонарь под глаз ставил, но потом благословляли, куда ж деваться. А иные родители и сами были рады, что за дочерью приданое можно не давать.