Читаем Приручить королевича (СИ) полностью

— Из принципа, — пожала плечами Краса. Зарылась в корзинку для пикника, проверяя, не забыла ли захватить с кухни жестянку со своими любимыми конфетами-тянучками. — Вот помяни мое слово — будет ходить цуциком неделю, Чаруше на нервы действуя, пока она сама не извинится и чары не отменит. Хотя, зная ее, говорю наперед — Нежка не дождется.

— Она, наверное, и не вспомнит к утру, — заметила Варя, сочувствуя несчастному влюбленному всем сердцем. — У нее вечно только Злат на уме.

— Угу, — поддержала Краса, намазывая две булочки кремом — для себя и для собеседницы. Остатки же взбитых сливок поставила на краешек расстеленного на земле пледа. Как потом выяснилось — для братца.

Милонег принес подушки, без лишних слов бросил перед сестрицей — ударился оземь и снова обернулся котом. Но сливки из фарфоровой глубокой масленки вылизал подчистую, после чего снова юркнул в травы — охотиться на светлячков.

— Я ж говорю, — понаблюдав за ним, неодобрительно хмыкнула Краса. Передала одну подушку Варе — всё-таки вечером земля была слишком прохладна, чтобы довольствоваться только пледом.

— А цуцики — это так голубые коты у вас называются? — уточнила Варя.

— Не у нас, — задумчиво отозвалась Яснолика. — Чаруша наша та еще путешественница — как из дома сбежала, за нами увязавшись, так каждую зиму где-то в дальних странах пропадает. Понятия не имею, где она таких цуциков высмотрела и как они называются на самом деле. И все ли они голубые или только наш из упрямства синеет. У нас они не водятся.

— У вас, говорят, и драконы не водятся, — проворчала Варя. — Но это не помешало Чаре превратиться в годзиллу.

— С драконами другое дело, — пояснила Краса. — Цуцики живут на южном материке, а не у нас, на северном. Драконы же являются в наш мир через порталы.

— В стихийные лезут?

— Нет, в управляемые влетают с достоинством. Они существа сознательные, магией владеют лучше нас — прилетают, когда им нужно, улетают, когда вздумается. Никто не знает, зачем. Никто не знает, когда. В последний раз, правда, давно появлялись — еще до объединения трех королевств в империю. Но в принципе могут вернуться в любой момент.

Она замолчала, погрузившись в какие-то свои мысли. А Варя рассеянно хрустела печеньками дальше. Она-то думала, что соперница позвала ее на разговор с глаза на глаз, чтобы выяснить, кто она такая и откуда взялась — и чтобы пободаться за перспективного жениха. А та что-то не спешила вызывать ее на дуэль.

Кроме светлячков над болотцем-озерцом кружили и прочие насекомые. Варя уже пару комаров прихлопнула на себе — самых обычных, ничуть не отличимых от земных.

— Ой, точно! Прости, забыла, — спохватилась королевна.

Привычным жестом кинула вокруг заклятье призыва, на которое тотчас слетелись мелкие пташки, среди которых Варя определила знакомых воробьиных ястребков-вранов. Чирикающая братия в два счета облетела бережок, очистила воздух от досадных кровососов. Варя же втихомолку хихикнула — похоже, ее новая знакомая обладает всеми качествами, требующимися от мультяшной принцессы: и готовит отлично, и птичек призывает. Интересно, петь она тоже умеет? Пить-то вот точно обучена — Варю слегка ведет уже, а у Красы ни в одном глазу! Но щекочущий язык вопрос остался не произнесенным.

Яснолика с серьезным видом уставилась на всполохи заката, догорающие сквозь кроны деревьев, и весомо начала разговор — правда, с неожиданного края:

— Как ты успела заметить, мой брат немного…

— Эксцентричен?

— Туповат. Потому и ходит за Чарушей, как привязанный зяблик, и не поймет никак, что она с ним давно наигралась… Но ему, знаешь ли, простительно. У нас было невеселое детство. Как настоящий мужчина, он всегда защищал меня. Закрывал меня собой. Нередко на его голову прилетали такие заклятья, что даже дядьку Чура оставили бы дурачком. А Нежке лежать без сознания в гуще резни было недосуг — отряхивался и дальше меня тащил.

Варя осторожно поддакнула:

— Я кое-что слышала о… о том, что случилось с вашими родителями. Это ужасно. Не представляю…

— Никто не сможет представить, не сможет понять, что это было такое, — необидно отмахнулась Яснолика.

— Мне жаль. Это ужасно, — повторила Варя.

— Вообще-то я не для того пила настойку, чтобы говорить о прошлом. — Краса разгладила ладонью юбку на коленях. — Но у этого рецепта свои правила.

— Теперь из-за брата вы живете здесь, а не в столице?

— Нет, я не настолько любящая сестра. Конечно, при дворе ему пришлось бы нелегко. Представляю, как бы фрейлины играли им в мячик, перебрасывая из постели в постель… Но уверена, он бы приспособился. Мы здесь живем, потому что я могу себе позволить тишину и спокойствие. И полнейшее безделие. Ведь это такая роскошь — жить в свое удовольствие, согласись?

— Ну… что-то в этом определенно есть, особая романтика, — обтекаемо высказалась Варя. — Но не одиноко?

Яснолика улыбнулась:

— Ты прямо как наши дядюшки!

— Те, которые регенты? — вспомнила Варя разговоры со Златом и Зореславой.