Читаем Природа хрупких вещей полностью

Природа хрупких вещей

Я листаю некрологи. Все умершие мужчины были люди состоятельные, все — вдовцы, соответственно, когда они скончались, все принадлежавшее им имущество отошло их детям. И если Мартин охотился за чужим наследством, что он рассчитывал выиграть от брака с Белиндой? Придорожная гостиница — не великое приобретение. Значит, он выбрал ее по какой-то другой причине. Задаваясь этим вопросом, я уже знаю, где, возможно, найду ответ на эту загадку. Верно ли мое предположение, подскажет котельная.

Но прежде я перерываю стол, все, что там есть. Нахожу запертый сейф размером со шкатулку, право собственности на автомобиль Мартина и договоры на аренду гаража, чеки из бакалейной и мясной лавок, а также из «Эмпориума». Нахожу расчетные листки по зарплате, которую платили Мартину, когда он работал на конюшне в Лос-Анджелесе. И не нахожу никаких документов, указывающих на то, что он работает в страховой компании. И ничего, абсолютно ничего такого, что подсказало бы мне, чем Мартин занимается за своим письменным столом, когда бывает дома.

Пожалуй, надо попытаться вскрыть сейф с помощью шпилек, решаю я. Вытаскиваю его из ящика и под ним замечаю какой-то конверт.

Письмо на имя Мартина, отправлено по почте на адрес в Лос-Анджелесе за полгода до нашего с ним бракосочетания. Обратный адрес — лечебница Лас-Паломас в Тусоне, штат Аризона. Переворачиваю конверт. Он вскрыт. Поднимаю клапан, вытаскиваю письмо и начинаю читать:

Дорогой Мартин!

Пожалуйста, не гневайся на отца и на меня. Я знаю, ты не хотел, чтобы меня отправили в лечебницу, но папа считает, что здесь мне будет лучше. Возможно, я даже поправлюсь. Только поэтому я позволила ему тайком увезти меня сюда. Вовсе не для того, чтобы тебя разозлить. Это никакой не заговор. Он боялся, что, если скажет тебе, ты вмешаешься, расстроишь его планы. Мартин, всякий раз, когда у вас с ним возникали разногласия, я всегда была на твоей стороне. И ты это знаешь. Но в этот раз, думаю, он прав. Пожалуйста, прошу тебя, постарайся понять!

Здесь обо мне хорошо заботятся, и я чувствую себя лучше, хотя и не намного. Пожалуйста, навести меня, приезжай, как только сможешь, и Кэт привези. Я знаю, что была ей не самой лучшей матерью, но я хочу попытаться это исправить за то время, что мне еще отпущено. Мартин, я совершила много ошибок. Мы оба с тобой совершали ошибки. Но ведь нет надобности продолжать эту традицию. Прошу тебя, дорогой. Да, мы с тобой не очень ладили. Теперь я понимаю, что потерю сыновей приняла слишком близко к сердцу. Я была тебе плохой женой и как мать не оправдала надежд Кэт. Я знаю, что не могу быть тебе такой женой, какую ты заслуживаешь, но, прошу тебя, позволь мне попытаться стать хорошей матерью для Кэт. Пожалуйста, привези мне дочь. Позволь повидаться с ней.

С любовью, Кэндис.

Воздух будто застрял в легких — не продохнуть. Так вот почему я не могу найти свидетельство о смерти Кэндис. Она не умерла. Она жива. По крайней мере, была жива год и семь месяцев назад. И поскольку свидетельства о смерти нет и на банковском счету Мартина не десятки тысяч долларов, а всего три тысячи, значит, она, должно быть, по-прежнему находится в лечебнице. Как-то давно Мартин мне сказал, что его покойной жене досталось наследство от бабушки, что и позволило ему купить этот дом. Однако Кэндис ему наследства не оставляла. Она не умерла. Должно быть, он живет на деньги от продажи ранчо Аннабет.

Я смотрю на письмо и чувствую, как силы уходят из меня, уплывают, будто пух потревоженного ветром одуванчика. До сей минуты я обуздывала в себе крепнувший гнев на Мартина, чтобы затем пустить его вскачь в нужном направлении, как упряжку лошадей. Но теперь я выхолощена. Опустошена.

Перейти на страницу: