Читаем Принцесса крови полностью

Герцог Рене и кавалер де Сюрьенн, ударив шпорами, сорвались с места. Затупленные концы древков с угрозой смотрели на каждого из противников. Не сразу закованный в сталь рыцарь набирает ту скорость, а значит и силу, которые нужны для боя на копьях. Но к середине ристалища они уже превратились в две летящие друг на друга скалы. Сухой треск оглушил зрителей — оба массивных копья, угодившие точно в шиты, сломались как тонкие сухие прутья, и в руках разъехавшихся, удержавшихся в седле рыцарей оказались обломки не более пяти футов в длину. Рыцари взяли новые копья, уже заранее отмеренные, а пока они разъезжались, проворная прислуга подобрала обломки копий, чтобы, не дай Бог, конь не споткнулся на них, не переломал себе ноги и не выбросил всадника вперед, как мячик.

Вновь две скалы врезались друг в друга на середине поля, но на этот раз копье Рене Анжуйского, нацеленное в открытое плечо противника, соскользнуло с него, не причинив бургундцу никакого вреда, а копье де Сюрьенна вновь ударило в щит и, сухо ломаясь, едва не выбило Рене из седла — обломок ударил ему в забрало, и только надежная дорогая сталь спасла молодого герцога.

Трибуна ахнула. Юная Изабелла, вся сжавшись, закрыла лицо руками. Глаза Анизон дю Мэй, обожавшей поединки и тайно вожделевшей молодого герцога, горели восторгом. У Жанны, стоявшей среди рыцарей, между Бертраном де Пуланжи и Жаном де Новелонпоном, сжалось сердце.

— Господи, — тихо прошептала она.

— Опасный бой, — так же тихо проговорил Бертран де Пуланжи.

— Не ранен ли герцог? — вторил ему Жан де Новелонпон.

Но Рене Анжуйский поднял руку с копьем, что означало: я в порядке!

Трибуна зааплодировала. Открыв глаза, Изабелла облегченно выдохнула.

Остановив коня, Ришар де Сюрьенн оглянулся на противника, будет ли тот продолжать бой.

— Берите копье, кавалер! — гулко, через забрало, крикнул Рене Анжуйский.

— Как пожелаете, монсеньер! — также гулко ответил ему Ришар де Сюрьенн и, пришпорив коня, помчался за новым оружием.

Через несколько секунд они снова сшиблись лбами, и могучие копья их вновь сломались легко и сухо, как хворостинки!

— Выберем другое оружие? — выкрикнул Рене.

— Пожалуй! — откликнулся его противник.

— Какое пожелаете? — тотчас спросил Рене — по законам рыцарства зачинщик должен предоставить выбор оружия защитнику.

— Булаву! — сдерживая храпевшего коня, так и ходившего под ним, ответил де Сюрьенн.

Рене пустил коня рысью к своему «лагерю», где Дьёлуар немедленно протянул ему требуемое оружие. То же сделал и Ришар де Сюрьенн. События развивались, обстановка накалялась. Противники оказались равны по силам, но тем было интереснее! Ведь заявка уже сделана: драться до победы. То, что пощады просить не будет ни тот, ни другой, это и так ясно. А значит, кто-то должен упасть под копыта распаленных боевых коней.

Прислуга убрала барьеры, рыцари съехались с новым оружием и встали в десяти шагах друг от друга. Булавы тоже были предусмотрительно взвешены и померены. Ни одного сучка, который смог бы пробить латы и нанести ущерб дерущимся. Руки в стальных перчатках у обоих противников от ударов предохранял рондель — круглый железный диск у основания булавы. К рукояти ее крепился кожаный ремешок, который накручивался рыцарем вокруг запястья, чтобы не выронить оружие.

— Помните, сеньоры, тот, кто против правил поединка ударит лошадь противника, будет считаться побежденным! — громко крикнул герольдмейстер. — А теперь сходитесь, и да поможет Господь обоим!