Читаем Принцесса-чудовище полностью

– Почему обмануть?

– Потому что когда он узнает правду, сам откажется от вас.

– Не откажется.

– Откуда вам знать? – снисходительно усмехнулась герцогиня.

– Я знаю. Чувствую.

– Вы чувствуете… – усмехнулась мать. – Уваров светский человек, живет открыто, вы же не можете себе этого позволить. Что вы ему предложите?

– Себя, – ответила наивная Шарлотта.

– Этого слишком мало. – Тон матери снова стал более мягким. – Вы оторвете его от родственников и друзей, потому что он не сможет из-за вас видеться с ними. Ему придется прятать вас, значит, будет прятаться и ваш муж. В конце концов Уваров возненавидит вас, и тогда… тогда вам не захочется жить. Поверьте, так и будет.

– А если ему никто не нужен, кроме меня?

– В таком случае расскажите ему правду! – вышла из себя герцогиня. – Но предупреждаю: вас ждет разочарование. Вам станет больно, стыдно. Я понимаю, вам хочется вырваться отсюда, почувствовать вкус жизни, свободу, однако расплата за безрассудство придет страшная. Причем расплачиваться придется не одной вам, но и всем нам тоже.

– Я люблю его, – выложила девушка последний козырь.

– Вы думаете только о себе. Так подите и подумайте о других, и прежде всего об Уварове, которого вы, как вы утверждаете, любите.

Шарлотта убежала в слезах, а герцогиня почувствовала облегчение, ибо ждала от дочери истерического припадка, но обошлось. На смену той пришел де ла Гра:

– Вы убедили Шарлотту?

– Приводила все возможные доводы. Думаю, нам следует покинуть это место. Только куда ехать? Вот к чему привел один неосмотрительный поступок.

– Никто не мог предположить, что Уваров сделает ей предложение. А не принимать графа уже нельзя было.

– Я начну подготавливаться к отъезду, но Шарлотта не должна знать о нем, от девчонки можно ждать чего угодно. Она призналась, что любит Уварова.

– Шарлотта полюбила бы любого человека, который не похож на тех, кого она знает. А не слишком ли вы напуганы, мадам? Полагаю, с него достаточно взять слово о молчании и рассказать, как обстоят дела. Он откажется от Шарлотты, и никуда не надо будет переезжать.

– Я согласна, но… только перед отъездом. Не хочу рисковать. Да и не знаю, как Шарлотта переживет, когда он откажется от нее. Пусть уж лучше ненавидит нас. Куда легче жить, зная, что в твоих несчастьях виновны другие. И потом, мы оставим ей надежду, что когда-то все переменится, она встретит того же Уварова… В общем, надежды имеют положительные свойства, даже если они пустые.

– А вы говорили, что не любите дочь, – напомнил де ла Гра.

– Чего не скажешь в минуту слабости, Оливье. На моем месте ангел не выдержал бы, а я все же мать, и мне ее жаль. М-да, уезжать придется…

Теперь Марго и Суров караулили Мишеля, одновременно следили за домом герцогини. Хотя обитатели усадьбы уже не столь их интересовали, они пришли к выводу, что убийцы там нет. Внимание Марго переключилось на брата. Она пеняла Сурову, что тот так и не выяснил, зачем Мишель ездил к герцогине. Разумеется, оба думали, как отыскать убийцу, но ничего дельного не приходило в голову.

К вечеру третьего дня Ардальон прислал человека сообщить, что просьба выполнена, завтра с утра можно взглянуть на «экземпляры». Не застав Марго, полицейский передал все на словах Уварову.

– Какие у тебя дела с приставом? – поинтересовался у сестры Мишель.

– Мы же свидетели, он хочет поговорить с нами о докторе Кольцове. – Марго неплохо научилась врать. – А ты отчего такой грустный?

– Я озабочен завтрашним сенокосом.

– Ммм… – многозначительно протянула она.

Конечно, Уваров был озабочен отнюдь не сенокосом, который шел сносно. Шарлотта не приходила на свидания, и он подозревал, что ее мать все о них узнала. Ночью он снова поплыл в лодке, надеясь на встречу, ведь ему необходимо знать, как отнеслась герцогиня к его предложению.

Шарлотта и нянька ждали его, но девушка не кинулась к Уварову с объятиями и поцелуями, просто спрыгнула в лодку и села напротив. Он отплыл недалеко от берега. Непривычное поведение Шарлотты озадачило его, и Мишель поинтересовался:

– Что с вами? Впрочем, догадываюсь: ваша матушка не хочет отдавать вас за меня.

– Не хочет, Мишенька, но это не главное.

– Не главное? Почему же вы не приходили?

– Я думала. Думала о нас с вами. Понимаете, Мишенька, существует… одна преграда. Она не дает мне права принять ваше предложение.

– Как? – воскликнул потрясенный Уваров. – Вы передумали?

– Нет-нет, – заверила Шарлотта. – Но если я вам расскажу… вы сами не захотите… Возможно, будет наоборот, и вы станете настаивать, но уже из благородных побуждений, а я так не хочу.

– Вы говорите загадками, – потерялся Уваров. – Уверяю вас, никакие преграды для меня не существуют…

– И все же одна есть… – прервала его она. – Простите, у меня духу не хватает сказать вам. Признаюсь, я иногда не верю собственной матери, потому что… Нет, пусть она вам расскажет, я не могу. Отвезите меня назад, Мишенька.