Читаем Принцесса Америки полностью

– Спасибо, что доверили мне свое будущее счастье. Клянусь, я постараюсь быть достойным той чести, которую вы мне оказываете. – Тедди говорил так, будто принимал предложение о работе, что, как она полагала, недалеко ушло от истины.

Возможно, Беатрис не могла назвать его любовью своей жизни, но он был благородным и честным, надежным и устойчивым. Он был человеком, на которого девушка могла опираться в постоянно меняющемся мире.

Оставалось надеяться, что этого хватит для строительства семейной жизни.

– Так что, я могу расценивать это как «да»? – спросила она.

– Да, – заверил он ее.

Медленно и с тихим почтением Тедди ее поцеловал.

Беатрис знала, что это грядет, и попыталась не слишком об этом думать, – а желательно не думать вообще. Но потребовалась каждая унция ее силы воли, чтобы не отступить от Тедди прочь.

Лишь этим утром она лежала в постели с Коннором, и их поцелуи были настолько наэлектризованы, что отдавались по всем ее нервным окончаниям, в то время как этот поцелуй казался пустым, как клочок чистой бумаги. Беатрис задумалась, почувствовал ли Тедди ее нежелание, и поэтому ли так быстро и целомудренно завершил поцелуй.

Беатрис откашлялась.

– Еще кое-что. Я знаю, нам обоим не терпится поделиться новостями с нашими семьями, но ты не возражаешь, если мы больше никому не расскажем, только до пресс-релиза? Я не хочу рисковать утечкой информации.

Ей не хотелось, чтобы Коннор узнал все раньше, чем придется. Возможно, это было эгоистично с ее стороны, но она хотела провести с ним как можно больше времени, прежде чем он выяснит правду.

Вряд ли Коннор будет смотреть на нее так же, как только узнает, что она сделала.

– Пресс-релиза? – Тедди посмотрел на их руки, и его глаза расширились. – Должен ли я принести тебе кольцо?

– Ты можешь выбрать любое из коллекции Короны и подарить мне его на пресс-конференции, – предложила Беатрис и с трудом улыбнулась.

Тедди кивнул. Обычно, когда наследник престола делал предложение, то приносил нареченной кольцо из королевского хранилища. Вот только каждый наследник престола до сих пор был мужчиной.

Беатрис думала сегодня принести Тедди кольцо, но, честно говоря, не смогла заставить себя спуститься в хранилище, чтобы его выбрать. Тогда все стало бы слишком реальным.

– Отлично. Сейчас я позвоню родителям, обрадую их хорошими новостями, но не волнуйся, я предупрежу их держать все в секрете, – ответил Тедди.

Беатрис кивнула в знак благодарности. Ей пришлось заставить себя не касаться собственных губ, где остывал след этого незнакомого поцелуя.

Беатрис металась по комнате со всей паникой тигра в клетке. Была уже почти полночь, а Коннор все еще не пришел.

Она знала, что не сможет заснуть, не после того, что произошло сегодня. Беатрис все вспоминала, как Тедди опустился перед ней на колени, словно средневековый рыцарь, и поклялся навсегда связать свою жизнь с ней. Это было слишком, слишком быстро, и ее сердце просто не выдержало.

Даже не сознавая, что делает, Беатрис натянула старую студенческую толстовку поверх пижамы, вышла из своей комнаты и беззвучно двинулась через дворец: по ряду коридоров, затем по лестнице. Холод мраморного пола пробивался сквозь подошвы ее тапочек.

Принцесса лишь раз стукнула в дверь Коннора, прежде чем та распахнулась.

Глаза гвардейца расширились при виде гостьи. Он схватил ее за руку, быстро втянул ее внутрь, а затем закрыл за ними дверь.

– Что ты здесь делаешь? – прошептал он, хотя явно хотел наорать на нее за безрассудство.

– Я просто… – Беатрис сглотнула. – Ты не пришел, и мне нужно было тебя увидеть.

– Как ты вообще узнала, какая комната моя?

– Подсмотрела. Максимальный уровень безопасности. – Она пыталась говорить легкомысленно, но знала, что он услышал дрожь в ее голосе.

– Ты в порядке? Что случилось?

Она сморгнула слезы, оглядывая комнату и одновременно пытаясь собраться.

Там была маленькая, но очень аккуратная узкая кровать, заправленная с военной тщательностью. На деревянном комоде стояла серия фотографий в рамках: Коннор и его семья в тематическом парке; Коннор и его сестра в детстве, обнимают щенка золотистого ретривера. А потом, к удивлению Беатрис, ее фотография с Коннором из Гарвардского университета. Она едва помнила, как сделали это фото.

– Нам надо ее заменить. Ты здесь даже не смотришь в камеру, – сообщила она ему.

– Я бы заменил, – осторожно сказал Коннор, – но это единственный наш совместный снимок.

Ой. Беатрис вспомнила все фотографии ее и Тедди – сотни, может быть, тысячи – в журналах и по всему Интернету. Она упрекнула себя за то, что не фотографировалась с Коннором, пока у нее была такая возможность.

– В чем дело? – снова спросил он. – Ты хочешь поговорить об этом? – Когда она не ответила, Коннор положил руку ей на спину, словно чтобы вывести ее за дверь. – Тогда тебе действительно лучше уйти.

Беатрис упрямо покачала головой.

– Ты был в моей комнате сотни раз. Почему сейчас что-то иначе?

– Потому что моя репутация не имеет значения, а твоя имеет.

От хриплого звука его голоса, от света, что горел в этих глазах, глубоко внутри Беатрис что-то лопнуло.