Читаем Принц в неглиже полностью

   – Не так, – с достоинством сказал Вася, поворачиваясь к капитану: дружно скрипнули стул, шейный позвонок и, кажется, мозги. Умственное усилие не прошло даром. – Проник я законно, дверь была открыта, и сам Серж дома был. Вы же, гражданин начальник, тоже там были и хозяина видели, а ваш товарищ его на мушке держал. А потом, когда вы за собакой побежали, а Серж с бабой ушел, другая баба дала мне пистолет и велела стеречь мужика, вашего то есть товарища. А я, пока стерег, здорово проголодался. – Вася шумно вздохнул, набирая в грудь побольше воздуха: до сих пор он не врал, но теперь ступал на скользкую почву. – Проголодался я, значит. Сильно проголодался. Как зверь! А пожрать у Сержа нечего – он же с шефом покойным в Гренландию уезжал! Холодильник пустой, сковородками посторонние люди дерутся, так я в бар полез, думал – хоть чипсов каких поем или печенья, нашел коробку, написано: «Конфеты», а там баксы эти… Ну, взял я их…

   – «Зелени» поесть решил, да? – ввернул Филимонов.

   Бурундук вздохнул, посмотрел на лейтенанта с укором:

   – Зачем «зелени»? Я хотел сбегать, купить Сержу жратвы какой, раз уж он из Гренландии вернулся и бабу себе завел, даже двух, и с собакой…

   – Это на три-то тысячи долларов продуктов? – язвительно спросил Сидоров.

   – А вы, гражданин начальник, видали, какая собака? Она мясо жрет – будь здоров! – быстро нашелся с ответом Бурундук. И сам улыбнулся своей неожиданной находчивости. – У меня у самого такая собака совсем недавно была. Ей три штуки баксов проесть – ха!

   – Стоп, – решительно прервал его лейтенант Филимонов. – Не отвлекайтесь, пожалуйста.

   Вася с удовольствием перевел дух.

   – Нет, почему же, – не согласился капитан Сидоров. – Пусть отвлекается. Пусть еще про Максимова расскажет: в какую такую Гренландию он ездил? Из какой-такой Лаврики вернулся? Что за бабы, что за собака?

   – Вам про какую собаку рассказывать, про мою или про чужую? – уточнил Вася.

   – Про ту, что с бабой пришла.

   Вася уселся поудобнее – стул взвыл. Снова только правда:

   – Значит, я по порядку. Собака породы овчарка, кажись, кобель, хотя я не присматривался. Одна баба – собакина хозяйка, другая – хозяйкина подруга. Я думаю, они вместе с Сержем пришли, а вот сам он откуда взялся – не пойму. Вообще-то он с шефом, царство тому небесное, на этот остров улетел…

   – Кому царство? – не понял Сидоров.

   – Какой остров? – встрял Филимонов.

   – Он же сказал: Гренландия! – отмахнулся от подчиненного Сидоров. – Или это не остров?

   – Остров, – неохотно признал лейтенант, потирая висок.

   Бурундук терпеливо дожидался паузы в переговорах.

   – Вернемся к Максимову, – сказал Сидоров. – Зачем он уехал в Гренландию?

   – Так я же говорю, он не уехал, – покачал головой Вася. – То есть в самолет он вроде сел, а сам, видите, в Екатеринодаре с бабами тусуется. С Сержем всегда так: в больницу его положат – испарится, в психушку посадят – сбежит, в мешок засунешь – выберется.

   – Копперфильд какой-то, – хмыкнул лейтенант Филимонов.

   – Про мешок подробнее, – потребовал капитан.

   Вася почесал в затылке, поздно сообразив, что сейчас снова придется врать.

   – Ну, как-то Серж залез в мешок. Случайно… И уснул там. А в мешке уже лежали кирпичи, их нужно было отвезти на стройку. Вот Сержа и вывезли вместе с кирпичами… А по дороге тот, кто вез, раздумал ехать на стройку и выбросил мешок в камыши… Хотя, наверное, зря выбросил – мешок-то хороший был, почти целый, только в одном месте заплатка… Опять же, кирпичи там были новые…

   – Это какие камыши? – неожиданно заинтересовался Филимонов. – Не в Пионерском ли микрорайоне, у дренажного канала?

   Вася кивнул.

   – Товарищ капитан, можно вас на минуточку, – с нажимом обратился Филимонов к Сидорову.

   Они вышли из кабинета, оставив Васю скучающе глазеть в пустое нутро распахнутого сейфа.

   – Ну, в чем дело? – спросил капитан, глядя в щелочку приоткрытой двери на Бурундука.

   – Дело в том, что недавно воду из этого самого канала отвели в котлован. На дне, понятное дело, обнаружился всяческий хлам, в том числе туго завязанный мешок. Работяги его развязали, а оттуда нога высунулась – голая, серая…

   – Серж?! – ахнул капитан.

   Стоп, как же так? Сержа он самолично видел живым и здоровым!

   – Нет, не он, женщина! Оперативники как по вызову приехали, так сразу из мешка ее и вытряхнули. Ничего девушка, совсем как живая! Сдулась, правда, немного, помялась, но ребята ее отмыли, накачали – красота!

   – Ты что говоришь, Филимонов? – Сидоров не понял и ужаснулся. – Вы что, все с ума тут посходили?

   – Не мы, а он! – Лейтенант потыкал пальцем в направлении Васиной широкой спины. – Точно псих, товарищ капитан! Может быть, даже маньяк сексуальный. Что он нам про Сержа своего рассказывает, про мешок с заплаткой, про камыши у канала? Слышали? А в канале том, в мешке с заплаткой, найдена надувная женщина из секс-шопа!

   – Тьфу на тебя, Филимонов, – выдохнул капитан, смахивая со лба холодный пот. – А я-то подумал…

   – Ну вот и подумайте – разве нормальный мужик утопит за здорово живешь в вонючем болоте отличную резиновую девку за двести баксов? Точно псих!