Читаем Приметы любви полностью

Кэрри, которая тянула свой первый бокал «торой час, кивнула снова. За потешной внешностью и неуклюжим поведением скрывался острый ум делового человека. Джайлзам было известно, из какой ямы сэр Фленеган поднял свое состояние, еще несколько лет назад подкрепленное одним лишь голым титулом. Унаследовав от родителей и старшего брата неподъемные долги и заложенное поместье, просидев зиму на сушеных бобах и подвергшись ограблению, и результате которого потерял остатки и без того скудной наличности, он ухитрился в одночасье перевернуть ситуацию в свою пользу. Кредиторы прониклись к нему жалостью и предоставили отсрочки, недоброжелатели расслабились, убаюканные безобидным видом, а друзья и знакомые охотно протянули руку помощи, лишь бы не прослыть черствыми негодяями.

И надо отдать должное Ричарду — он никого не обманул. Рисковые, но оказавшиеся удачны ми вложения, немного беготни и уверток — и вот, пожалуйста, Фленеган твердо стоит на ногах.

Кэрри, поначалу относившаяся к толстяку с некоторой брезгливостью, после всего этого не могла не проникнуться к нему невольным уважением. И даже не в приличном доходе, получаемом сэром Ричардом нынче, было дело, не во влиянии, которое он оказывал на подхалимов и прилипал, а в той надежности, которой теперь веяло от кругленькой неловкой фигурки.

— Ох, спасибо, что сказали, сэр Ричард, я, пожалуй, больше не буду, — согласилась Кэрри и отправилась к миниатюрному столику в углу, чтобы поставить полупустой бокал.

Ей нестерпимо хотелось хоть на минутку от дохнуть от этих обычно приятных и в целом хороших людей, сегодня казавшихся совершение непереносимыми.

Роберт так и не появился, и Кэрри никак не могла убедить себя, что ей все равно. Именно дразнящего юмора Вуда так не хватало ей сего дня. А еще — откровенно восхищенных взглядов. И Том, и Ричард редко осмеливались смотреть ей прямо в глаза, да и от остальных гостей можно было ожидать разве что дежурного комплимента.

Не хватало и двусмысленных намеков, внешне очень даже благопристойных, но скрывающих такой подтекст, что озвучивший их нахал должен был бы немедленно удалиться, пылая от гневной пощечины. Ловкость же Роберта не позволяла с наскоку догадаться, чего это он так веселится, и Кэрри просто восхищалась его способностями…

Но что, что могло помешать ему приехать? Он с удовольствием принял приглашение, несколько раз задавал уточняющие вопросы, люди, которые не собираются ничего предпринимать, тик себя не ведут.

Что же случилось?

Дело явно не в ней — как и любая красивая девушка, Кэрри прекрасно различала, хорошо ли мужчине в ее обществе, или он в равной степени удовольствуется подобным же, но другим.

Неужели он тоже… И история повторяется?

Кэрри отгоняла нехорошую мысль, но совсем избавиться от нее не могла. Ее охватывала тревога. Нервная дрожь кралась по позвоночнику.

— Разрешите вас пригласить? — ласково спросили у нее, и Кэрри с благодарностью протянула руку Гарри.

В черном костюме, аккуратно подстриженный, тонко благоухающий Гарри Эдварде увлек се па середину зала, и Кэрри забыла обо всем на свете, включая тревогу за Роберта. Танец — это жизнь, где тепло, светло и спокойно.

— Вы прекрасны сегодня, — прошептал Гарри, и Кэрри пришлось чуть-чуть, совсем незначительно, отстраниться, чтобы его жаркое дыхание не коснулось щеки и тело не оказалось бы как будто невзначай прижатым к груди партнера.

Дело было не в пустых правилах приличия Гарри, несмотря на пылавший в нем огонь, оставался предельно вежлив и корректен, но даже на миг Кэрри не хотелось бы разделить с этим человеком наслаждение теплом и светом.

Музыка смолкла, и кавалер учтиво поклонился девушке. Гарри был тактичен и обходителен, Кэрри иногда казалось, что они очень похожи, настолько точно молодой человек воспроизводил ее собственные слова, озвучивал ее мысли и копировал жесты. Если бы мисс Джайлз любила женские романы, то непременно обнаружила бы в этом знаки судьбы, указывающие на то, чтомистер Эдвардс и есть ее «вторая половинка». Но Кэрри была равнодушна к подобным книгам, а вот свежую прессу читала регулярно и потому за статьями новомодных специалистов по человеческой психике следила. Работы ученых, консультирующих Скотланд-Ярд, повествовали о любопытнейших вещах. О поведении жертвы и агрессора, о разных взглядах мужчин и женщин на одни и те же события, о натасканных и естественных манипуляторах… К последним Кэролайн Джайлз и относила мысленно Гарри со всеми его привычками садиться в ту же позу или строить фразы по тому же типу, что и она.

— Подарите мне еще один танец? — вкрадчиво спросил Гарри, перехватывая ее взгляд.

Кэрри не знала, что ему ответить: возвращаться к Тому и Дику — скучно, продолжать танец — уже немного неловко. Гарри наверняка обиделся на ее холодность, а Кэролайн не собиралась и в последующих танцах «растворяться в партнере», кем бы он ни был.

От сомнений ее избавила Жанет, привлекающая к себе внимание несколько странным поведением: стоя у двери, она улыбалась, размахивали руками и притоптывала, периодически указывая пальцем в окно.